Цитаты из книги В ночь глухую

Мы шли рядышком, романтически сплетая указательные пальцы. Впереди темнела кладбище, укрытое покровом ночи и освещаемое лишь серебряной луной. Сумерки!.. То есть я хотела сказать, ночь глухая!

Я надломленно привалилась к стене и случайно нажала на кнопку звонка. Дверь открыл Эдварт. — Белль! — воскликнул он. — Эдварт! — воскликнула я. — Белль! — Эдварт! — Белль! — Эдварт! В одной руке он держал осиновый кол, а в другой — сувенирную футболку с надписью «Команда Джейкоба».

Но тут я вспомнила, что я — великая актриса, закрыла глаза и подалась вперед. Мы поцеловались. Признаться, я ничего не почувствовала, потому что к этому времени съемки стали для меня обычной ежедневной рутиной. Мне подумалось, что поцелуи — самая бестолковая часть любовных человеческих взаимоотношений, и, кстати, занятие не очень гигиеничное. Вот что сделало со мной бесчувственное актерство.

— Умри! — зарычал мой враг. — На помощь! — взвизгнула я. — Шшш! — зашипела на нас похоронная процессия возле соседней могилы. — Простите, — хором ответили мы. Джош помог мне выбраться из могилы, и битва продолжилась в тишине.

Я обиделась. Молоденькие девушки вообще-то часто мечтают о вампирах. Социолог Дюркгейм обвинил бы в этом состояние нашего общества. И я, в общем-то, соглашусь, что проблема зародилась вовсе не в моей голове.

Когда он закончил, я осторожно вынула пальцы из ушей. — Написал специально для тебя, — прошептал Эдварт и привлек меня к себе. — Называется: «Колыбельная для Белль». — Буду слушать каждый вечер! — пообещала я. Если звук убавить до минимума, получится самое то. Это уже третья колыбельная, которую написали специально для меня, если считать ту, что в саундтреке к «Сумеркам».

— <...> Ну ладно, ты права: нет никакого домашнего задания. — Он немного помолчал, потом продолжил: — А ты когда-нибудь вулкан сама делала? Сначала насыпаешь кучу земли, делаешь наверху углубление, а потом смешиваешь красный пищевой краситель, уксус и соду, выливаешь в ямку — и все начинает извергаться! Так классно! И мы сделали два вулкана, чтобы посмотреть, из какого раньше пена полезет. Эдварт все визжал: — Аааа, клево! Клево!

Я набрала одно-единственное слово: «Вампр». Google уточнил: вампир? Я подтвердила: да. Результаты поиска меня совсем запутали. «Носферату», «Летний лагерь «По следам Баффи», «Кристен Стюарт: любовь на съемочной площадке», «Солнце полуночи» — прочти первым!», «Любимые песни Роберта Паттинсона». Странно. Какая тут связь с вампирами? Я встала из-за стола, вдоволь насмотревшись на фотографии красивых людей — бесспорно не вампиров.

Мысли замелькали в голове: что-то красное у Эдварта в зубах, опоздал на лабораторную работу, не участвовал в заборе крови, летучие мыши, Трансильвания... Не складывается! Я подумала еще немного. Съела шоколадку, чтобы лучше думалось. Подумала еще. И внезапно припомнила то происшествие со снежком... как тело Эдварта было неуязвимо для снега, как его глаза меняли цвет с не помню какого на зеленый... Меня осенило. ВАМПИР!