Цитаты из книги V

Настанет день, прошу тебя, боженька, и появится полностью электронная женщина. Звать ее, поди, будут Виолетта. Чуть какая беда с ней – и можно заглянуть в руководство по эксплуатации. Модульное решение: вес пальцев, температура сердца, размер рта за пределами допуска? Удалить и заменить, вот и все.

– Если ты считаешь, что мы с Паолой…
– Ты с кем угодно. Покуда эта штука совсем не перестанет работать. Их целая шеренга, кто-то получше меня, но все – такие же дуры. Нас всех можно облапошить, потому что у всех нас есть вот по такой, – коснувшись промежности, – и когда она говорит, мы ее слушаем.

Нет, мать его не телепат, Профана она не ждала. Не ждала ни мужа своего Джино, ни дождя, ни бедности, ничего. У нее лишь тяга кормить. Профан был уверен, что миру станет хуже без таких в нем матерей.

...почти всем девушкам нужна тайна, что-то эдак романтическое. Потому что девушка знает же – мужчина ей лишь наскучит, если она выяснит про него все, что можно.

Как от фотографий у тебя в бумажнике, какой толк от старой любви...

Отчего это, – поинтересовался он, – все телефонистки разговаривают в нос.

Лишь святые и полоумные способны оставаться «преданными» надолго.

Священников, как и матерей, полагается чтить: но глянь на Италию, в небо глянь. Тут предательство и ханжество: а священники чем лучше?

Эти дети знали, что́ происходит: знали, что бомбы убивают. Но что есть человек, в конце-то концов? Ничем он не отличается от церкви, обелиска, статуи. Важно только одно: всегда выигрывает бомба.

Утрата веры – дело непростое и требует времени. Нет никаких прозрений, никаких «моментов истины». Требуется много думать и сосредоточиваться на последних стадиях, а они наступают с накоплением мелких происшествий: примеров общей несправедливости, несчастья, валящегося на благочестивых, собственных молитв, на которые нет ответа.

Гитлер
С одним яйцом живет,
Геринг
С двумя, но толст живот,
Гиммлер
Своим смешит людей,
А Геббельс
Вовсе без
Мудей…

Поэт грезой кормится.

Чтоб быть человечными, мы сперва должны быть убеждены в собственной человечности.

...в жизни этой больше случайности, нежели человек может за всю жизнь признать и не сойти с ума.

Поэзия – не связь с ангелами или «подсознательным». Это связь с кишками, гениталиями и пятью вратами чувств. Не более того.

Не раз приходилось мне пропускать свои еженощные молитвы. Теперь я молюсь на ногах, на работе, часто в ритме бросков лопатой. Становиться на колени ныне роскошь.

Наверняка если в войне и есть некое благородство, оно – в восстановлении, не уничтожении.

Быть может, британский колониализм породил на свет новое существо, человека дуального, нацеленного сразу в две стороны: к миру и простоте с одной, к изнуренному интеллектуальному поиску с другой.