Цитаты из книги Немезида

В спорте самое главное - воля. Три вещи: воля, увлеченность, дисциплина

Забудь о Боге, сказал он себе. С каких это пор тебе вообще есть до Него дело?

Кому-то везет, а кому-то и нет. Любая биография - это игра случайностей, и, начиная с зачатия, тирания случая определяет всё. Случай - вот что, я думаю, имел в виду мистер Кантор, хуля то, что он называл Богом.

"...Ты поступаешь всегда как надо, как надо, как надо с самого начала. Стараешься быть вдумчивым человеком, разумным человеком, уживчивым человеком, и тут такое. Где логика в этой жизни?..."

Самым заметным элементом его внешности был нос, сверху изогнутый, как ятаган, ближе к кончику уплощенный, с ромбовидной, если смотреть спереди, косточкой, — словом, не нос, а целая сказка, объемистый, извилистый, сложно закрученный, — один из тех носов, что много столетий, вопреки всем мыслимым бедам и тяготам, евреи не уставали ваять.

Всесильный Бог, по его понятиям, соединял в себе не три ипостаси, как в христианстве, а две: чокнутого мудака и злого гения.

Для взрослого игра - восстановление сил, обновление жизни; для ребёнка игра - развитие, пристрастие к жизни.

Бакки, ты всегда был таким. Ты никогда не мог посмотреть на вещи с правильной точки — никогда! Вечно возлагал на себя вину за то, за что не должен был возлагать. Либо ужасный Бог у тебя виноват, либо ужасный Бакки Кантор, хотя на самом деле не виноват никто. Твое отношение к Богу — оно детское, оно просто-напросто глупое.

..с немцами где-то во Франции, в то время как он надёжно укрыт от бед в этом шумном царстве жизнерадостной детворы. Поразительно, подумалось ему, как расходятся людские судьбы, и как бессильны мы все против обстоятельств. И какую роль играет Бог во всем этом?..."

"...Да, - отозвался мистер Кантор, но он не слушал. Он смотрел на тропических рыбок в аквариуме, и думал, что без Алана они умрут с голоду, или их отдадут, или кто-нибудь обливаясь слезами, спустит в унитаз..."

Три вещи: воля, увлеченность, дисциплина — если это есть, все будет в порядке.

Страх лишает нас мужества. Страх портит нас, разлагает.

А у Бога есть совесть или нет? Какая у Него сфера ответственности? Или Он не знает никаких пределов?

Внутри катафалка мистер Кантор увидел гроб. Невозможно было поверить, что летней инфекции оказалось достаточно, чтобы уложить Алана в этот простой ящик из светлой древесины. В этот ящик, из которого не выберешься. В ящик, где двенадцатилетнему суждено вечно пребывать двенадцатилетним. Другие будут жить, взрослеть, стареть, а ему так и останется двенадцать. Миллионы лет пройдут - а ему все равно будет двенадцать.