The Cornish Trilogy

Тот самый случай, когда если пытаешься оценивать каждую отдельную книгу трилогии последовательно по мере их прочтения, то результат оказывается менее совпадающим с истинной ценностью всего цикла. Так, в моём случае, книга первая получила в послечтении оценку в 4,5 (рецензия), вторая провалилась на целый балл (рецензия) и третья вновь поднялась к изначальным 4,5 (рецензия). Казалось бы, сложи всё вместе, раздели на три и получишь искомую оценку всей трилогии (несложная арифметика утверждает что это будет 4,166), однако на самом деле ставлю всему циклу твёрдые четыре с половиной и нисколько не сомневаюсь в этом своём праве проигнорировать математику Пифагора и воспользоваться Лобачевским. На самом деле всё это только потому, что неверен сам подход к попытке раздельный оценки каждого томика. Ибо перед нами не просто единая книга, а некий литературный триптих (или, если брать музыкальную аналогию, то литературная симфония — я помню, что классическая симфония, как правило, состоит из четырёх частей, но ведь у нас всё-таки литература). И точно так же, как триптих является единой живописной сущностью и сутью, так же и наша трилогия может (и должна) рассматриваться как нечто единое и целое.

Итак, что же мы имеем в лице этого цикла? Трудно и наверное невозможно исчерпывающе и однозначно ответить на этот сакраментальный вопрос. Слишком много всего намешано здесь, в каждом томике по отдельности и во всей триединой книге в целом.

Боговерчество и богоборчество — да, конечно, обе стороны религиозного смысла здесь живут и процветают. Причём не в прямолинейном их исполнении, а исподволь, на вторых смысловых планах, на оттенках основных тонов.

Культурология в самом широком смысле, но и одновременно с конкретностями по нескольким культурологическим направлениям. Коротенько и конспективно: Франсуа Рабле и его влияние на развитие культуры; живопись вообще как таковая и вполне конкретных направлений и временных пластов; особенности цыган как народности с погружениями в разные нюансы их верований и образа жизни; оперное искусство (с делением на создание либретто и на написание музыкальной основы) как таковое и с некоторыми частностями; творческий портрет некоего ЭТАГа (ладно, не будем изображать из себя высокомерных и напыщенных — Эрнста Теодора Амадея Гофмана) — правда портрет этот подан в весьма своеобразной манере, как из уст участников творческого процесса (продолжателей и вершителей музыкального творения Гофмана), так и от самого мастера, правда уже из глубин чистилища...

Кроме этого мы приобщимся к нюансам любовно-лирических, романтических и вместе с тем вполне реалистических отношений между мужчинами и женщинами, а также и в других менее распространённых сочетаниях (М—М и Ж—Ж); попытаемся проникнуться особенностями человеческих психотипов и хоть немного в них разобраться. И конечно же станем свидетелями нескольких криминально-драматических и комедийно-трагических происшествий и событий — жизнь любого мало-мальски значимого человека всегда представляет собой смесь комедии и драмы. И в этом смысле нас порадуют (и поогорчают) не только судьбы главных героев трилогии (Артура и Марии — всё-таки именно они находятся в центре нашего внимания), но также и родителей обоих персонажей, и их родных и близких, а также друзей и просто знакомых, но ещё и всяких полуслучайных личностей, оказавшихся на страницах трилогии неведомо как и тем не менее оставивших в ней вполне заметный след. Не минует нас и тема войны, а также шпионско-разведчицких будней...

Как вы уже поняли, если стараться вспоминать и как-то формулировать весь перечень затронутых в трилогии тем и смыслов, то этот список может занять довольно большой объём. Но это перечисление и вообще лишено всякого здравого смысла — прежде всего потому, что будучи выдернуты из содержательно-смыслового контекста эти указания на то или иное остаются только лишь словами, перестают работать вглубь.

И потому можно попробовать обозначить главное — как мне кажется, в этом триедином романе Дэвис старался подвести читателя к осознанию и пониманию самой простой вещи: люди всегда и везде остаются прежде всего просто людьми. Вне зависимости от того, кем они являются — художниками или композиторами, шпионами или разведчиками, домовладельцами или студентами. Все они (и мы все тоже) живут самой простой обыденной жизнью обыкновенного человека — дружат и ссорятся, влюбляются и совершают измены, предают и сквернословят, выпивают и развратничают, едят и ходят в туалет. Но есть ещё и другая сторона жизни, опять-таки каждого человека (и нас с вами, каждого) — мы что-то творим и создаём, пишем картины и создаём музыку, играем в театрах и занимаемся художественной фотографией, мастерим кукол и шьём платья из ситца (которые «следует шить»). Т.е. есть мухи и есть котлеты. И не нужно их смешивать. И оценивать человека по выпитому и съеденному — не нужно. Лучше — по сотворённому!

PS Вопрос: как вы думаете, когда Мария как бы «нечаянно» переспала с Герантом, то что это было на самом деле — осознанная измена Артуру (с конечной целью зачать, выносить и родить затем ребёнка), или всё-таки полубессознательное состояние женщины? Подсознание управляло Марией в этот момент, или всё-таки собственная воля?

Если посмотреть на картину Бронзино "Аллегория с Венерой и Купидоном", то можно увидеть голых людей. Я так раньше и думала, глядя на эту картину, ну просто обнажённые люди. Оказывается, не всё так просто. На картине изображена мать, а трогающий её за грудь, сын. В одной руке мать держит яблоко, значит наслаждение, а в другой стрелу, причиняющая боль. В обществе того времени существовали множество проблем и одна из них, интимные отношения между матерью и сыном. Если бы я не прочитала эту книгу, то не узнала бы этого, а, значит, книга хорошая! Две первые части мне понравились, третья немного наводила скуку)) Здесь несколько главных героев. Например, Мария. Умница и красавица, но почему-то я представляла её туповатой)) Она спит ночью и к ней в комнату заходит мужчина, гость, который ночует в другой комнате. Он накидывает на себя халат её мужа. И Мария, умница и красавица, ничего не подозревает. Позволяет себя любить и от этого беременеет. Оказывается она приняла его за собственного мужа. А что такого?)) Бывает)) Все мужчины на одно лицо)) И пахнут одинаково и фигуры как под копирку)) Даркур, священник. Наверно он понравился мне больше всех. Адекватно воспринимает ситуации, во всём пытается разобраться, зла ни на кого не держит. Стоит заострить внимание на Фрэнсисе Корнише. Интересный персонаж. Только немного непонятно отчего он влюбился в свою кузину)) Как вообще можно спать с родственниками? Мой маленький мозг с трудом переваривает эту информацию) Мать Френсиса тоже интересная женщина. Переспала с первый встречным, потому что очень хотела секса. Забеременела и пыталась всячески избавиться от ребёнка. И живот перетягивала и пила что-то. В итоге ребёнок родился идиотом. Его скрывали ото всех, пока он не умер. И постоянно удивлялись, а что это у такой красивой женщины родился такой урод? Ну, вот наверно поэтому и родился, что она всячески вредила ему пока он формировался. Ещё в книге есть один персонаж, о нём мало говорится. Карлик, больной человек. Пьяная компания мужиков, чтобы повеселиться силой забирала его к себе в дом. Там его опять же силой раздевали и заставляли бегать. Мужчин смешил внешний вид карлика. Это было любимое развлечение. Карлик не выдержал унижений и повесился. Никто даже не подозревал, что у него есть душа и он способен чувствовать и переживать. Книгу советую. Я её месяц читала. Но, конечно, не жалею и лет через десять обязательно перечитаю.

Когда интеллектуалы иронизируют, при этом не зло, - получается завораживающе. Я так и представляю себе как рассказывает сказки ищущим острые сюжеты детям профессор, имея цель не ткнуть лицом в реальность, а умилить ею. Профессор устал злиться, он лучше пошутит. Сколько же еще достойных романов прячутся от меня? Где найти еще такие? Что бы перекликалось в диалоге со «старыми мастерами», что бы смаковало экзотику национальных различий, что бы понимание описываемого основывалось на разнице толкований христианских конфессий? Еще - немного магии. И констатирующей иронии над манией величия ближних. Что-то по отдельности можно найти, но все вместе! Иногда, может показаться, что сюжет подкачал своей неостротой, да ну и что? Все б вам вздрагивать и не вмещать впечатления в воспаленное мрачной действительностью правосознание! А послушать кружево бесед подвыпивших ученых принадлежащих не к советской аскетичной школе, а западной, пронизанной христианской моралью и противостоянием ей же? А поискать параллели в происходящем с героями из реальности Шекспира, Мерлина, Рабле? Надо, наверное, не быть к этому антиквариату равнодушным изначально. Иметь побольше времени. Диван, плед, теплого питомца. Желание развидеть мрачную действительность. И не хотеть злиться.