Клопы

К середине восьмидесятых в закрытом городе Владимир-30 был разработан и сдан на вооружение самоходный лазерный комплекс, выводящий из строя оптико-электронные прицелы танков, самоходных артиллерийских установок и вертолетов. Примерно в это время сюда распределился молодой специалист Александр Шарыпов (1959–1997), уже тогда пишущий прозу.

В начале девяностых Шарыпов получил известность, ему присудили первые международные премии, начал печататься в журналах. Но работу в закрытом НИИ не бросал; по словам друзей, каждый вечер приходил домой и печатал прекрасную нездешнюю прозу на пишущей машинке. Хотя ему советовали сделать писательскую деятельность основной профессией, ведь все условия и предпосылки для этого были. Уволился Шарыпов с производства за год до смерти.

Есть те, кого специально готовили к писательской деятельности и те, что забрели на чужую территорию, с кодом совсем другой профессии в дипломе, и тут не поспоришь с серьезным документом под названием «Общесоюзный классификатор. Профессии рабочих и должности служащих» (сейчас, скорее всего, название этого постановления немного поменяли).

И у тех, и у других одни источники, но человек, направляемый педагогами, пойдет по правильной филологической дороге; идущий по наитию, по сноскам и комментариям в академических изданиях, по теориям, услышанным в пивной, может зайти не туда. Но и набрести на необычное. Хотя в жизни обычно всегда происходит что-то промежуточное. Но это дело десятое. Писателей сотни тысяч на входе, но не так много на выходе (откуда?).

Нельзя научить познавать морок и смерть через логику и математику, как в рассказах Шарыпова, такому нигде не научат. Да и главное – это то, что пережил, наяву или на параллельной площадке. Откуда у писателя берутся сюжеты. Про поэта, который повесился и таким образом лишил клопов законного питания. Про встречу Нового года на кладбище. Про Незнакомок.