Цитаты из книги Эммаус

Мы живем от одной вспышки до другой, а остальное – мрак. Прозрачный мрак, полный света, черного света.

Мне всего восемнадцать, а счастье уже имеет вкус воспоминаний.

Нищета - кратчайший путь к истине.

В действительности мы отлично умеем жить, не зная правды, - мы всегда так и живем...

Тогда мы жили одной и той же любовью, лишь ею одной, долгие годы. Его красота, его слезы, моя сила, его шаги, мои молитвы - мы жили одной и той же любовью. Его музыка, мои книги, мои опоздания, его дневное одиночество - мы жили одной и той же любовью. Поэтому мы вместе умерли - и до тех пор, пока не умру я, вместе будем жить.

Он спросил ее, что тяготит её душу. Она ответила не задумываясь: призналась, что не испытывает благодарности к жизни, а это - величайший грех.

Сказанное во второй раз стирает то, что говорилось в первый...

...мы способны переваривать огромные дозы неблагополучия в обмен на ощущение того, что все идет как должно, - мы и не подозреваем, что тайные раны надо лечить, скрытые переломы - сращивать. Точно так же нам неведомо, что такое гнусность, так как любое обнаруженное отклонение от нормы со стороны окружающих мы инстинктивно принимаем как неотъемлемую часть все той же нормальности.

Мы слепо верим в то, что спасение мира - в мелочах.

Мы шли на трамвай, плотно закутавшись в пальто, дыша туманом. Было поздно, в темноте таилось одиночество. До самой остановки мы молчали. Трамвайная остановка ночью, в холод и туман — идеальное место. Слова только самые необходимые, ни единого жеста. Взгляд — лишь по делу. Мы общались, словно суровые мужи древности.

Нам не дано почувствовать комичность ситуации. Избранные никогда этого не умели.

Я подумал, что если во всей этой истории есть правда, он ее не знает. Подумал, что мы никогда не сумеем что-либо по-настоящему понять. Ни наших родителей, ни наших детей — а может, вообще понять что-либо в этой жизни.

Нищета - кратчайший путь к истине.

Наша жизнь - это прежде всего заключительный отрезок жизни наших родителей, вверенный нашему попечению.

мы знаем, что в любой момент нашей жизни с нами может случиться нечто сродни концу света - мы можем потерять веру

когда что-то рушится, нам нужен тяжкий труд и одиночество. В жизни нас окружает эта духовная роскошь: для спасения души мы выбираем такое лечение, которое в обычной жизни воспринимаем как наказание и мука.

Но человек, однажды начавший умирать, уже никогда не перестанет это делать.