Цитаты из книги Антракт

Возможно, верности и нет, зато я существую.

Лучшими подарками являются те, о которых не задумываешься до того момента, пока их не получишь.

Чтобы отпраздновать долгожданное событие, по дороге домой я заехала в библиотеку — так ребенок заходит в кондитерскую.

И я с головой погрузилась в ужасную суету, которую считают интересной полноценной жизнью.

Жаркий день, друзья, выпивка и приятное чувство, что ты кому-то нужен — все это имело магическое влияние.

Быть объектом желания — половина пути к тому, чтобы самой испытать страсть.

Всем известно, что люди часто нарушают наше личное пространство (не будем говорить о ситуации, когда вы хотите обменяться с кем-нибудь слюной), но указать им на это в жестких недвусмысленных выражениях почему-то считается признаком истеричного поведения.

Он был добр ко мне, и я была благодарна ему за это. Я действительно чувствовала себя очень слабой, даже немного потерянной, и решила, что это некая новая плоскость счастья: после сильного желания — успех, а после успеха — чувство потери.

Я отлично представляла себе, как пышно может цвести ложь, а потом ее аромат становится привычным.

Ничто так не мешает полету фантазии, как немного домашней работы.

Когда наступает Новый год, кажется, что тебе все по силам, но это обманчивое ощущение. Оставайся на месте, наслаждайся моментом, и ты будешь в безопасности.

Я надеялась, что чудовищное сочетание алкоголя с шоколадом принесет мне свободу и уединение, так и случилось — пусть даже на вкус оно оказалось отвратительным.

Пустые разговоры за обедом и в гостиной. Мы называем определенные известные звуки, которыми обмениваемся, общением и почитаем триумфом рода человеческого, потому что мы единственные способны на это… Что за глупое самовосхваление!

Чистый эгоизм похож на наркотик. Через несколько дней вынужденного общения с гостями я переживала состояние, напоминающее сильнейшую ломку, — мне необходимо было оказаться дома наедине с собой.

Успокоить отца было гораздо сложнее, потому что он почти не демонстрировал своих эмоций. Я знаю, в душе он очень переживал, потому что снял шапку и водил пальцами по густым седым волосам от одного уха до другого, — верный признак того, что он расстроен, своего рода физическая попытка прощения грехов или оправдания. Выход был лишь один — заговорить о коммунизме. Почти как ударить по лицу поранившего ногу человека, чтобы отвлечь его от боли.

Она заново повязала жаккардовый шарф вокруг подбородка и была готова жить дальше.

Ведь есть что-то явно трогательное в отходящем от станции поезде. Путешествия любого рода обычно волнуют тех, кто остается.

Наконец смогла снова погрузиться в спокойное отрешенное состояние. И даже решила немного пожалеть себя. «А почему бы и нет?» — думала я. Откуда взялось глупое утверждение, что это не приносит пользы? Возможно, это одно из ложных викторианских убеждений, вновь появившееся в нашей жизни из-за популяризации моральных принципов бедняков.

Цветы не принесли мне ни радости, ни грусти: они просто были здесь, на солнце, как и я.

Он был из тех людей, кто любую оригинальную мысль принимает за признак дурного тона.