Цитаты из книги Письма

каждый тем смелей и скорей судит, чем невежественней

Надо, конечно, помогать таланту трудом и питать его размышлением, но ни в коем случае не гнать в недоступную ему гору; иначе, не говоря уже о бесплодности усилий, часто будет выходить так, что в погоне за невозможным мы упустим возможное

Человеческая слава начинается после смерти. Знаешь почему? Потому что вместе с телом живёт и вместе с телом умирает зависть.

Ни один разумный человек не станет жаловаться на то, на что жалуется весь мир: каждому довольно своих личных бед.

В общей и частной беде одни помогают деньгами, другие телесной силой, третьи влиянием, четвёртые советом; чем я мог бы помочь, кроме как слезами, не вижу.

...различие такое же, как между облачным и ясным небом, - за тем и другим стоит одинаковое сияние, только наблюдатели воспринимают его различно.

В самом деле, насколько письма к друзьям у меня выходят играючи среди путевых забот и в сутолоке дня, настолько для писания книг мне нужны одиночество, покой, сладостный досуг и глубокое никем не прерываемое безмолвие.

...ведь жизнь человеческая на земле не просто воинское служение, а бой - для разных людей разные, род битвы далеко не одинаков, и хоть любому тяжело, на каждом лежит очень неодинаковый груз.

Сенека почти ничего не писал никому, кроме Луцилия. Ясное и заведомо успешное дело - писать, знаю душу собеседника, привыкнув к складу его ума, помня, чтО тому полезно слышать, чтО тебе пристало говорить.

...ведь, как говорит Цицерон в первой книге "Тускуланских бесед", "когда человек безрассудно пренебрегает учёными занятиями и словесностью, бывает так, что, верно мысля, он не в силах ни отточенно высказать свои мысли, ни чем-либо увлечь читателя".

...думаю, однако, что назначение письма не выставлять в благородном свете пишущего, а извещать читающего.