ТРЯХНЁМ СТАРИНОЙ Необходимое предуведомление: текст данной рецензии опубликован Clickosoftsky в районной газете «Валдай» 26 ноября 1992 года, ровно 19 лет назад. Ни одной запятой не меняла :)
«АКВАРИУМ»: ИСТОРИЯ ЗА ДВАДЦАТЬ ЛЕТ
«Когда я играю песню, сидя под луной на Валдае, я чувствую, что это не зря…» Б. Гребенщиков
Нынешним любителям рока можно только позавидовать — одна за другой выходят книги, о которых раньше и мечтать не приходилось: сборники миниатюр Леннона, книга о Викторе Цое, подготовленная Марьяной Цой и Александром Житинским, «Путешествие рок-дилетанта» (то есть А. Житинского), «Рок-энциклопедия» 1991 года, книги Артёма Троицкого, сборники стихов Александра Башлачёва и Ильи Кормильцева, повесть А. Рыбина «Кино» с самого начала»… Очередным подарком для рок-фанов стала вышедшая в московском издательстве «Алфавит» книга «Аквариум. 1972 — 1992» со скромным подзаголовком «Сборник материалов». Его составитель и редактор Ольга Сагарева, в рок-н-ролльных кругах больше известная как Лёля, вложила в этот сборник массу труда и большую часть своей души. Здесь собрано практически всё, имеющее отношение к «Аквариуму» — легенде отечественного рока. Впервые в полиграфическом исполнении, а не в мутно-копирочном самиздате представлены читателю «Сказка о маленьком Кваке…» самого БГ, «Аргентинское танго» неизвестно кого (тем не менее, очень популярный апокриф) и многое другое. Несмотря на скромное замечание Лёли: «Данное издание не претендует на то, чтобы быть информационным справочником…» — оно, это издание, поневоле стало таким. Почему так получилось? Может быть, в силу его подробности, местами даже излишней. История, например, ставшего притчей во языцех выступления «Аквариума» на фестивале «Тбилиси-80» изложена в книге четырежды. Авторы версий: Артём Троицкий (присутствовавший на фестивале лично), Алек Зандер — он же А. Старцев, редактор журнала «Рокси» (излагает события вкратце и, кажется, понаслышке), БГ и Всеволод Гаккель, у которых как непосредственных участников исторического безобразия, берёт интервью А. Житинский (попутно: БГ там вдруг с внезапно всплывшей обидой заявляет: «Мне не понравилось, что Севка пытался меня убить виолончелью, пока я валялся на сцене с гитарой…»), и, наконец, загадочная личность по прозвищу Фагот. Интервью с ним, записанное лично Лёлей, весьма анекдотично и являет собой квинтэссенцию абсурда, присутствующего в книге по большей части незримо. Фагот (на самом деле А. Александров) стал неотъемлемой частью легенды «Аквариума», но самому ему на это глубоко наплевать. Для него «Аквариум» — незначительный эпизод жизни, не заслуживающий специальных упоминаний или воспоминаний. Настырная Лёля, знающая историю «Аквариума» насквозь и даже глубже, подталкивает Фагота, задаёт ему сильно наводящие вопросы, а этот добродушный флегматик бурчит в основном: «Ну, я не помню… Кажется…» и т.п. Поэтому эпизод тбилисского фестиваля, когда жюри покинуло зал, звучит примерно так:
— А в какой момент, кстати, они ушли? — В момент самой страшной песни… — Которой? — Как же она называлась? Я её так знаю, но… — «Марина», что ли? «Летающая тарелка»? — Нет. Самая такая забойная… — «Блюз свиньи в ушах»? — Нет… — Ну что же ещё? «Минус тридцать»… — Там был такой забой, тёс гитарный… — По-моему, это «Блюз свиньи в ушах». — Ты что! «Блюз свиньи в ушах» — это блюз. — Ничего себе блюз! — Это ерунда по сравнению с… Как же она называлась?
— и так далее. Словом, дотошной Лёле здесь явно не хватило чувства юмора, и в постскриптуме к интервью с Фаготом она замечает, что вот, мол, есть человек, который играл в «Аквариуме» и не свихнулся на нём, а остался нормальным человеком. Сборник повествует практически обо всех, кто так или иначе был связан с «Аквариумом» (разумеется, в творческом плане — личной жизни музыкантов никто там принципиально не касается: мы, мол, не скандально-популярную биографию пишем…). Здесь можно наконец-то подробно узнать, кем были для «Аквариума» Джордж Гуницкий, Ольга Першина, Александр Липницкий, Сергей Курёхин и другие не менее славные персонажи спектакля-жизни, продолжавшегося два десятилетия. А он — спектакль (или она — жизнь) и посейчас ещё не финиширует… С любовью и выдумкой создан авторами сборника «миф о Гаккеле», где со всей серьёзностью, присущей истинному стёбу, сообщается, что реального человека по имени Всеволод Гаккель никогда не существовало, что он — частично мистификация остальных «аквариумистов», частично — материализовавшаяся галлюцинация. С полной ответственностью за сказанное излагается псевдонаучная чепуха о «трёхчетвертной материализации», приводятся цифры с десятичными дробями и процентами, а также ссылки на древнеегипетских магов. Грустью и чувством непреходящей вины окрашена глава об Александре Куссуле, утонувшем в Волге. Друзья запомнили его двадцатитрёхлетним. Они говорят о нём как о самом талантливом из молодых музыкантов «Аквариума» — что ж, может, так оно и было. Где-то мелькает мысль, что любая группа, достигшая вершин, расплачивается за это жизнью одного из музыкантов. У «Битлз» это Стю Сатклифф, у «Роллинг Стоунз» — Брайан Джонс, у «Квин» — Фредди Меркюри… Список можно продолжить. У «Аквариума» это Александр Куссуль, скрипач. Книга об «Аквариуме» снабжена фантастическим количеством фотографий. Может, они и не самого лучшего качества, и не «постановочные»… Разве в этом кайф? Главное то, что все они — и тех пятнадцати фотографов, имена которых известны, и безымянных (в таком случае фотографии подписаны: «Из архива такого-то») — уже стали уникальными и вполне историческими. Особое место среди присяжных фотографов «Аквариума» занимает Андрей «Вилли» Усов, который снимает «Аквариум» почти что с самого его появления, а именно с марта 1975 года. Вилли относится к музыкантам «Аквариума» порой по-отечески, как старший товарищ, порой вполне по-тирански, как знающий цену своему искусству первоклассный фотограф. Не лишне будет упомянуть, что именно он делал обложки практически ко всем магнитоальбомам «Аквариума». Он настолько проникся «Аквариумом», что крайне огорчён творческим расточительством БГ:
— Боря очень бестактно обращается со своей публикой, я считаю, что это промахи, которые самый примитивный, средненький менеджер не допустил бы… Потому что без постороннего глаза вести такую игру нельзя. Боря очень много песен не записал и считает, что их не надо исполнять, потому что они заигрались у него в голове, потому что он для себя решил, что они замылены… А на самом-то деле — он просто обкрадывает людей. Я считаю, что это не то что расточительство, а неуважение….
Вот такое нестандартное мнение. Ещё о «справочности» обсуждаемого сборника. Среди прочих материалов заметны подробнейшие дискографии (в том числе и магнитоальбомы, начиная с «Притчей графа Диффузора»). Они сопровождаются комментариями — частично вполне профессиональными — в которых, однако, явно чувствуется влияние Артёма Троицкого, снабдившего «Избранную дискографию» в своей книге «Рок в Союзе: 60-е, 70-е, 80-е…» комментариями в обычно-ядовитом «троицком» стиле. Отсюда, вероятно, и в «аквариумную» дискографию проникли следующие эпитеты: «прилежно украденные за отчётный период из студии А. Тропилло», «бардачный по мысли и исполнению», «неясный по своему назначению», «монументально печальный» и т.п. Наконец, о самом Борисе Борисовиче Гребенщикове, без которого этого сборника не было бы (по той простой причине, что не было бы «Аквариума»). БГ предстаёт на страницах сборника то благостным и бледным, то весёлым и дружелюбным, то капризным и даже немного угрожающим. Кроме изрядного количества материалов, к которым лично БГ приложил свою творческую руку, наиболее интересны читателю два масштабных интервью. Одно из них взято у БГ свердловским писателем Андреем Матвеевым в 1985 году и частично вошло в роман А. Матвеева «В поисках ближнего». Беседа эта продолжалась чуть не два дня подряд, в течение которых Матвеев «выкапывал корни» Гребенщикова: детский сад (вернее, его отсутствие), Ленинград, «Битлз», Британия, Толкиен — всё пошло в дело. Тем и интересно, захватывающе интересно следить, как человек добросовестно пытается разобраться в себе: откуда он такой взялся. Возникают и чисто юмористические моменты, которые всё же содержат в себе чуть больше, чем просто шутки. Например:
М.: …Читал дома книжки… БГ: Да, испортил себе зрение, почти минус пять! М.: Ходишь без очков… БГ: А на хрена они мне? Всё, что хочу, и так видно!
Или:
М.: Когда ты кончал школу, ты часто влюблялся? БГ: Это было моё постоянное состояние. Не всегда в людей. Потом это состояние перешло во что-то другое. М.: Что для тебя вообще — любовь? БГ: Тогда — состояние, теперь — метод. М.: Точнее! БГ: Метод подхода ко всему существующему живому. М.: Более нескромный вопрос: какое место во всём этом занимали женщины, тогда и сейчас? БГ: Занимали самое главное, так как мне было трудно сконцентрироваться на чём-то ином, когда такой соблазн перед глазами. Сейчас это растворилось во всём остальном, то есть налицо процесс перехода. И женщины сейчас занимают гораздо меньше места, потому что моя собственная Вселенная — расширилась!
Другим, не менее интересным интервью является запись разговора БГ, Алека Зандера и Фана (Михаила Файнштейна — Васильева), состоявшегося осенью 1989 года и озаглавленного «Долгий путь домой, или Конь в пальто». Поначалу разговор идёт, в основном, о зарубежных гастролях и поездках, контрактах с тамошними фирмами и дальнейших планах «Аквариума», а выруливает, как это у нас обычно и случается, на загадочную русскую душу и судьбы человечества. Хотя мелькает и такое:
БГ: …Чтобы понять, что нам делать дальше, «Аквариум» играет сейчас очень специально называющуюся музыку, которая является частью великого общечеловеческого движения «Конь в пальто». А.С.: А как музыка-то называется? БГ: … … …..! А.С.: Да, так, пожалуй, мне не напечатать. Может, всё-таки «фиг поймёшь»? БГ: Вот никогда, никогда не напишут всей правды об «Аквариуме»!..
…Да нет. Пожалуй, всё-таки написали. Книга об «Аквариуме» со всеми её примочками, разночтениями и вариантами — тому свидетельство. В последней части книги подробно проанализирован самый недавний период творчества БГ и его «БГ-бэнда», в который ныне входят Сергей Березовой, Сергей Щураков, Андрей Решетин, Олег Гончаров и Олег Сакмаров, в вариантах — Т. Трощенков и А. Зубарев. Возникновение и существование бэнда отмечены бурной гастрольной деятельностью, Гребенщиков же вновь ищет себя (и, кажется, находит) в сочинении «почти народных» песен, обращается к фольклору, сказу, эпосу… Как известно, «лицом к лицу — лица не увидать», и об истории, творящейся сегодня, писать труднее всего. История «Аквариума» в книге заканчивается апрельскими днями 1992 года, а в июле, в самый что ни на есть юбилей группы, фаны уже держали книгу в руках и, затаив дыхание от восторга, осторожно перелистывали тонкие страницы… Хвала оперативности создателей сборника и большое им рок-н-ролльное спасибо… У БГ завтра день рождения; можно считать, что эта книга — заблаговременный ему подарок. А жизнь продолжается, впереди 1993 год, который мог бы стать Годом «Аквариума»: В. Гаккелю, М. Васильеву, А. Гуницкому, Б. Гребенщикову исполнится по сорок лет, А. Решетину («Рюше») исполняется тридцать; столько же было бы А. Куссулю… Группы «Аквариум», какой мы её знали, больше нет; магическое очарование «Аквариума» как чего-то неизмеримо большего — осталось. И грядущие юбилеи не повод для грусти; они только обозначают, что в дни начала «Аквариума» ребятам не было и двадцати. Они знали, как начать и куда жить. Всем бы так.
Спасибо за внимание. А теперь — бонус для дочитавших :)) Эксклюзивная фотография БГ, молодого и весёлого, сделанная моим названым братом Дмитрием Неласовым в Перми 4 мая 1987 года. С тех пор бережно хранилась в моей коллекции:
64 понравилось
