Водная логика

Работа с потокограммами на предмет выявления нестандартного мышления - это как ждать, что из водной глади озера всплывёт Лохнесское чудовище... Впрочем, почему же ждать? Можно оное озеро исследовавать, но есть тут одно "но"... одно дно... нет, всё-таки, одно "но"...

В практическом выражении "подводная" логика де Боно предстаёт в методе потокограмм. Для этого с помощью потока сознания (а по сути обращения к бессознательному) составляется список фраз по какому-то конкретному вопросу в том порядке как они приходят, и затем - работа с этим списочком на предмет наличия нестандартного решения путём выявления связей и смыслов... Авось и выплывет он, этот Несси! Чудо-чудное, нестандартное решение.

Главный тезис моего отзыва:

"МЫСЛИТЬ творчески не значит искать сомнительные техники выявления нестандартности в себе, поскольку в человеке уже ЕСТЬ этот механизм и не надо выдумывать никакие потокограммы"(особенно, если результатом должно быть собственно нестандартное решение). Похоже на обходной путь. Остаётся выяснить, что делать, если его, нестандартного мышления, нет (а может нет мотивации нестандартно мыслить? Тоже вариант, поскольку нестандартность обычно не приветствуется), и почему его нет, но метод потокограмм определённо не поможет (впрочем, это не помешало ссылаться на книгу де Боно и опираться на неё психологу всея Америки, автору книги  Дайана Халперн - Психология критического мышления  в последней части, посвящённой творчеству).

Творчества в прямом обращении к содержанию бессознательного в принципе нет никакого.

В главе "Как в мозге рождаются восприятия", упоминая гештальт-психологов, де Боно говорит:

"...у них были собственные мифы, посредством которых они находили объяснение тому, что было трудно понять".

То же самое я могу сказать и об этой книге, учитывая, что она была написана в 1933 году и с тех пор безвозвратно устарела.

Де Боно придумал миф о некой "водной логике", для выражения адекватной сути которой в психологии давно уже существуют намного более благонадёжные научные знания и более точная и привычная терминология, как результат исследований экспериментальной психологии, подтверждаемые исследованиями в области нейропсихологии и нейрофизиологии, которым концепция де Боно не соответствует по сути. Эвристическое мышление изучают равно как гуманитарные науки, где к особой точности стремится экспериментальная психология, так и инженерные науки.

С одной стороны, как в философии, так и в психологии мыслители нередко выдумывают уникальные концепции, выраженные как правило на образном языке (ведь "водная логика" - это образное выражение), предвосхищая то, что наука ещё не обосновала - это нормально и называется прогностической функцией гуманитарных наук. Проблема в том, что в данном случае книга изобилует заблуждениями, не согласуясь с существующими научными данными о восприятии и нестандартном/эвристическом/творческом мышлении. Оно же: дивергентное, ризоматическое (Делёз, Гваттари), сложностное (Эдгар Морен)... и даже упомянутые философские концепции лишены тех заблуждений, которые демонстрирует де Боно. Трансверсальное измерение так же имеет дело с эти типом мышления (и логики, конечно). 

Каменное Лохнесское чудовище - это символично для данной книги, учитывая, что Эдвард де Боно выступает против "каменной" логики, однако ищет нестандартность с помощью механистический техники, которая похожа на гадание по маятнику. 

Могла бы написать намного больше о заблуждениях этой книги, но уже устала от критики и всей этой писанины. Как можно короче: заблуждения прежде всего касаются восприятия, где валится всё в кучу, тогда как акцент надо делать на том более релевантном к вопросу его аспекте - восприятии как ПРОЦЕССЕ познания окружающего мира, когда информация поступает в головной мозг в виде образов. На этом этапе ничего фантазийного и искажённого в них нет. Это первичный невербализованный образ, который только ощущается. Тут играет роль не столько искажение (если человек не дальтоник и так далее), сколько количественная характеристика образа. Назовём её - детализированность. Образ может быть схематичен, очень смутен при попытке вербализации. А может быть предельно детализирован и давать ощущение четкости и ясности. Однако, человек высказываясь в пределах своего восприятия всё понимает правильно именно о СВОЁМ восприятии. Вот и де Боно говорит, что "некоторая расплывчатость даже полезна". Какой абсурд только не признаешь себе в угоду. Вот именно расплывчатость и наблюдается в этой концепции (абстрактность), что говорит о нечётком представлении и самого автора о том, что он говорит.

Вот такую абстрактность можно наблюдать и в концепции генеративной грамматики Ноама Хомского. Размытый образ несовместим с философией, которая претендует на то, чтобы никогда не устареть (неустаревающая философия предоставляет нам целостные образы, где для самого автора нет ничего непонятного, какими бы вторичными образами он это ни выражал), размытый образ ничего не даёт гуманитарным наукам вообще и ничего не даёт науке. Это, возможно, не просто понять с кондачка. Но целостность образа даёт и структуру, недаром Хомский назвал по сути ту же сферу мышления, которая определяет дальнейшую логику, как стандартную, так и не стандартную, генеративной (порождающей) грамматикой, правда, как выяснилось, структура оказалась ничем не наполненной, а образ крайне схематичен (это мой вывод, а книга Хомского устарела, и не я первая об этом сказала. Об этом сказал и фр. философ на стыке двух традиций Ричард Рорти, и Стивен Хокинг и... да мало ли кто ещё сказал...).

А так - да, и у Хомского это именно оно. То неуловимое нечто, которое априори даёт нам чувство языка и структуру нашему мышлению. Как стандартному (смутные образы - опора на факты), так и нестандартному (целостные, детализированные образы при развитом творческом начале - опора на себя).

В любом случае оно уже совсем по-другому называется и обосновывается в психологии, как и наполнение таких теорий, в противостоящих аналитическим концепциям континентальных концепциях, которые, в отличие от аналитических, сумели по-настоящему предвосхитить то, что наука на тот момент ещё не обосновала, и признаны-таки мировым сообществом как непреходящая классика. Эта книга в неё не войдёт. А уж психологией она тем более не является, как можно понять из вышесказанного.