Цитаты из книги Избранное

Одно мне уяснилось: тот, кому дано взобраться на сияющие вершины, должен пройти через страшные разверстые бездны

Он тиран, и ему легче погибнуть, чем снести ограничение своей власти… Человеконенавистничество — мука, которая его гложет. Уже одно то, что человеческие легкие вдыхают и выдыхают воздух, который не он отпускает им, доводит его до нервного расстройства

Чего только не делает жизнь с человеком...

Чего только не делает с человеком жизнь!

Он вскоре понял, что осязать и обонять можно не только ткани и пудру, но, пожалуй, и самую душу женщины; и что пудра и ткани почти уже и есть ее душа.

В чаду восторга все так рвутся в бездну.

Будь мужчины поразумнее, насколько легче была бы жизнь!

Хорошими или плохими годы считались в зависимости от того, удавалось ему кого-нибудь "поймать с поличным" или не удавалось "за отсутствием доказательств".

Их всех со стыдом и позором выгнали бы из гимназии! Другого вида гибели Гнус себе не представлял. Просто не догадывался, что есть катастрофы пострашнее вылета из гимназии…

Но разве произведением искусства можно обладать? Увидишь такой шедевр на выставке и уходишь с мечтой в душе. А дальше? Воротиться и купить? Но что купить? Мечта за деньги не продается, а на ее воплощенье, право, не стоит тратиться.

Будь мужчины поразумнее, насколько легче была бы жизнь!

Писать о вещах, в реальность которых никто ни на грош не верил — о верности долгу, о благотворном влиянии школы, о любви к военной службе, — то есть покрывать буквами положенное число страниц, их, слава тебе господи, приучали годами на уроках немецкого языка.

— Без глупостей, Эрцум! — И принял равнодушный вид. — Это же немыслимое дело, к подобным вещам не относятся серьезно. Ты только взгляни на этого человека. Таких не убивают. При встрече с ним можно разве что пожать плечами. Неужто ты хочешь, чтобы тебя пропечатали в газетах рядом со стариком Гнусом? Конфузное соседство!

Не говорила ли я, что любовь ужасна? Очень может быть, но она делает добрым

А мы можем засвидетельствовать, что, когда любишь, весь свет становится новым

Кому для жизни нужны катастрофы, тот их получит, а борьбу за существование законом не отменишь, ибо она в природе человека

Простейшее объяснение в любви есть выражение правды, оно наводит порядок

Ум Ломана, никогда не подвергавшийся столь невероятным испытаниям, немедленно утратил свою незаурядность и на слово "преступление" ответил, вполне буржуазно, словом "полиция". Правда, он отдавал себе отчет, что идея эта не очень-то оригинальна, но тут же решил: "Хватит" - и разом отбросил все сомнения.

В нравственности заинтересованы лишь те люди, которые, сами не обладая ею, подчиняют себе людей, попавшихся в их сети. Я утверждаю и берусь доказать, что от рабских душ следует неуклонно требовать так называемой нравственности.