Цитаты из книги Мастер и Маргарита

Маргарита Николаевна не нуждалась в деньгах. Маргарита Николаевна могла купить все, что ей понравится. Среди знакомых ее мужа попадались интересные люди. Маргарита Николаевна никогда не прикасалась к примусу. Маргарита Николаевна не знала ужасов житья в совместной квартире. Словом... Она была счастлива? Ни одной минуты!

– А теперь скажи мне, что это ты все время употребляешь слова «добрые люди»? Ты всех, что ли, так называешь?
– Всех, – ответил арестант, – злых людей нет на свете.

Меня охватила грусть перед дальней дорогой. Не правда ли, мессир, она вполне естественна, даже тогда, когда человек знает, что в конце этой дороги ждёт счастье?

Как же, как же, - отозвался Воланд, - я имел удовольствие встретиться с этим молодым человеком на Патриарших прудах. Он едва самого меня не свел с ума, доказывая мне, что меня нету!

"... меня поразила не столько ее красота, сколько необыкновенное, никем не виданное одиночество в глазах!"

Ничто так не мучает, как пятно на одежде.

Впрочем, не будем забегать вперед, дальше будет еще хуже.

Просто вы не знаете, что такое театр. Бывают сложные машины на свете, но театр сложнее всего...

Сконфуженная Торопецкая повесила трубку и сказала:

• Из-за вас я нахамила не тому, кому следует!

Следуйте старому мудрому правилу — лечить подобное подобным.

- На каком основании я опять буду здесь? - тревожно спросил Иван. Стравинский как будто ждал этого вопроса, немедленно уселся опять и заговорил:

• На том основании, что, как только вы явитесь в кальсонах

• При чем здесь кальсоны? - растерянно оглядываясь, спросил
• Главным образом Понтий Пилат. Но и кальсоны также.

Впрочем, вы... вы меня опять-таки извините, ведь, я не ошибаюсь, вы человек невежественный?

...его терзает бессонница. Она мучает не только его, но и его верного сторожа, собаку. Если верно, что трусость – самый тяжкий порок, то, пожалуй, собака в нем не виновата. Единственно, чего боялся храбрый пес, это грозы. Ну что ж, тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит.

– Правду говорить легко и приятно, – заметил арестант.

«Самый страшный человеческий порок - это трусость»

Разве я мог бы позволить себе налить даме водки? Это чистый спирт!"

Ходят слухи, что он совершенно перестал пить портвейн и пьет только водку, настоянную на смородиновых почках, отчего очень поздоровел.