Цитаты из книги Диспноэ

Кирилл ругал себя за излишнюю откровенность, но почему-то не мог утаивать от Лизы навязчивые страхи, не мог врать. Кто, если не она, достойна правды? С ней свобода ощущалась по-настоящему. Кирилл знал, что она из тех девушек, кто не станет прятаться за спиной, а схватит автомат и вместе с ним примется отстреливать врагов. Он доверял и уважал ее как равную. Потому что Лиза и была равна ему, и дело здесь далеко не в крови золотой дворянки. Дело в стальном стержне, спрятанном в этой хрупкой девушке. В ее алых глазах, которые вспороли ему душу и постепенно сшивали из лоскутов во что-то новое.

— Я живу на свете шестьдесят девять лет и влюблялся не единожды. У меня хватает опыта, чтобы сделать один-единственный вывод: слова о любви ничего не стоят. Они заезжены и облиты дерьмом человеческой лжи. Имеют значение только поступки. Слова могут в корне отличаться, их может и вовсе не быть, но поступки красноречивей всего. Я привык судить о любви по одному простому критерию: готов ли ты в беде закрыть собой того, в кого влюблен. Если готов, это то самое чувство. Если нет, то нет.

[…]

— Неужели после предательства ты все еще готов рисковать собой?

— А почему нет? То, что мне не повезло однажды, не значит, что это повторится. Любовь — прекрасное чувство, которое делает ярче не только человеческую жизнь, но и такую длинную, как моя. Не попробуешь — не узнаешь. Вот и тебе я советую попробовать, – подмигнул Алан.

— Если все это время у тебя под рукой был водитель, то зачем ты превратил Ника в своего личного таксиста? – спросила Лиза, когда Кирилл вызвал Егора по телефону приказом: «Твои планы на сегодня — это помощь мне».

— Потому что Ник провинился и еще не искупил вину. Тяжело забыть его фееричный уход со словами: «Да вертел я эти ваши порядки».

Лиза фыркнула, представив себе пьяного Ника, бросающего в лучшего друга такие слова. Жажда свободы сыграла с Ником злую шутку. Злющую.

— А ты мстительный, как я посмотрю. Страшный человек.

— Ага, граф Монте-Кристо на минималках, – ухмыльнулся Кирилл.

— Нет, скорее кот, который писает в тапки обидчикам.

— Что это за цирк? – буркнула она.

— Я же сказал, что не отпущу тебя одну. Разве твоя мать не этого добивается? Она ждет момента, пока ты будешь уязвима, как сейчас.

— Рыцарь хренов. Распушил перья при Марке, смешно смотреть на вас.

— Зачем ты вообще подпустила его к себе? И дураку понятно, что ему от тебя нужно.

— А тебе что от меня нужно? – Зрачки Лизы вновь потемнели, на бледное лицо вернулась печаль.

— Я хочу защитить тебя, – честно ответил Кирилл. — Сейчас у меня для этого больше возможностей, чем четырнадцать лет назад.

Лиза отвернулась и промолчала, а водитель умилительно улыбнулся, косясь на Кирилла.

— Красивая вы пара, ребята, – хмыкнул он. — Только цапаетесь, как в турецких сериалах.

— О, твой начальник помогать явился? Чего это он? – буркнул домовой, но без злости.

— Я позвала, — ответила Лиза, сползла с подоконника и отправилась открывать дверь.

— Ну и правильно! Этот паренек больше доверия вызывает, чем дуралей, который за тобой каждый вечер таскается. Надо на него твою полку с книгами сбросить, чтоб не захаживал сюда больше.

— Э-э-э, книги не трожь! Они неприкосновенны, даже если нужно отвадить надоевшего мужика, – возмутилась Лиза, открывая дверь.

— Надеюсь, надоевший мужик — не я? – поинтересовался Воронцов, который уже успел подняться и нагло протиснулся мимо нее в коридор.