Цитаты из книги Рокки, последний берег

Почему, когда все исчезло, у него появилось ощущение бесконечного падения в пропасть?

«Быть может, цивилизация лишь ширма, за которой живут кровожадные звери?» — подумала она годы назад, глядя на кадры смуты на экране своего лэптопа.

Правда — как пластырь, который надо отодрать, лучше сразу, не то будет больнее!

Мозг дал им замечательные знания и умения в плане технологий, но нравственное начало оставалось чистой теорией.

Но она знала, что это так и останется благим намерением, потому что каждый раз, решив сделать что-нибудь полезное типа стирки, она тупо сидела на кровати и смотрела на царящий беспорядок, внезапно охваченная бесконечной усталостью, бормоча про себя: «Зачем?»

По мне, лучше «ничего», которого я не знаю, чем «ничего», которое я знаю наизусть.

К чему быть красивым и хорошо сохранившимся, когда никто тебя не видит? К чему его талант и его ум, когда поля деятельности для этого таланта и этого ума больше нет?

— Деньги существуют всегда! Деньги всегда были и будут! Но сейчас положение непростое, надо проявить мобильность, быть гибкими. Адаптация — это ключ, понимаете?

ведь заговор, каким бы ужасным он ни был, все же не так ужасен, как мысль, что все происходящее не имеет никакого смысла

Все это напоминало детский хоровод, таблетка шла за таблеткой, каждая подавала свою химическую ручку следующей, чтобы счастье, или его видимость, никогда не кончалось.

Как трудно бывает копаться в собственной памяти. Воспоминания — птицы в тумане, мимолетные, неуловимые и нематериальные.

Она поняла, что за все эти годы комфорта расслабилась, и ей уже были невыносимы неожиданности, осложнения, риск.

После трех миллионов лет несгибаемая человеческая натура стала ангелом своего собственного апокалипсиса.

Повсюду на земле те, кто не умирал от вируса, умирали от анархии, вызванной страхом.

Везение — это лишь череда невероятностей.

Самое простое и самое ясное выражение человеческой натуры, все той же, не менявшейся испокон веков: «Обогащайся без границ. Все остальные человеческие особи делятся на две категории: тех, кто полезен для твоего обогащения, и твоих врагов».

Войны бушевали тогда еще только в странах с нестабильной историей, и погибали на них только те, у кого не было средств, чтобы уехать.

Боль и близость смерти придавали ее мыслям кристальную ясность, жгучая радость охватывала ее, отчаяние уступало место экстазу.

И таким, обнаженным, от реальности оставался лишь безобразный облик, жуткий лик без макияжа и без прикрас на ярком свете.

Он прекрасно знал, что, в какой-то мере, в его прежней жизни смысла было не больше, но, благодаря ее кипению, у него была хотя бы иллюзия, что он — главное действующее лицо спектакля, который смотрит весь мир.