Цитаты из книги В направлении Пруста

- Неужели рухнувшую семейную жизнь женщины исправить уже невозможно?

"Вишня зимой".

Мы верим в непреходящую ценность этого произведения.

Мы помним, как в двадцать лет восхищались его предисловием к "Сезаму и лилиям" Рескина. Единственная крохотная крупица золота позволила нам предугадать неведомые копи которые Пруст открывал в одиночку.

Пруст видел, как делаются имена, создаются легковесные репутаци , но у него достало мужества не обронить ни крошки из ещё неведомого нам сокровища, которое он собирал.

Большая часть его земного пути прошла среди обитых пробкою стен квартиры на бульваре Османа, и никто, за исключением нескольких друзей, не подозревал, что там в страданиях рождается самый значительный роман нашего времени.

Несмотря на Гонкуровскую премию Марсель Пруст не сделал литературной карьеры и лишь последние пять лет жизни видел, как восходит и тускло светит солнце его славы.

Представляете ли вы одиночку, который непрестанно, до самой смерти ведёт борьбу с волнами воспоминаний, этого немощного Геракла, то пытающегося остановить прилив времени, то позволяющего отливу нести себя?

Пруст с величайшим терпением занялся этим сверхчеловеческим трудом, изнурял себя,сочетая людей и пейзаж , имена и облики, звуки, краски, запахи, стирал расстояния между ними и создал в конце концов живую симфонию.

Среди голых стен, где он покоился, мы наконец поняли его странный аскетизм, полнейшее отречение от всего, кроме творчества, отречение, дошедшее до отказа пищи, когда он вдруг внушил себе, будто голодание поможет ему выздороветь, даст острочки для завершения геройческой и безумной погони за "утрачённым временем".

Пруст же удалился от мира, чтобы сотворить мир.

Марсель Пруст отдал жизнь, чтобы жило его творение и это небывалый случай.

В той меблированной комнате, глядя на изумительное лицо почившего Марселя Пруста, мы размышляли о необикновенной судьбе творца, которого пожрало его творение.

Молодость человека кажется краткой в сравнении с вечностью, но эта капля воды обнаруживает под микроскопом наполненность, сравнимую с наполненностью бесконечных пространств.

Никому не удастся отнять у Пруста место, которое он занимает рядом с великими европейскими романистами.

Произведение Пруста возвышается над всей современной литературой.

Все, бывшее в романе плотью, постепенно поддается гниению и превращается в тлен, но остается костяк -- цели и обобщения моралиста, равного которому по проникновенности нет и не было ни в одной литературе.

Вершины этого грандиозного творения вырастают из глубокого прошлого самого автора.

В сокровенных глубинах этого человека, поражённого болезнью на стыке духа и плоти, долгие годы омывался, словно в купели, чувственный мир, перед которым он был беззащитен, мир глубоко утонувший в нём, но под напором памяти выходивший на поверхность.

Даже если бы мы ничего не знали о Марселе Прусте, писем этих было бы достаточно, чтобы представить себе личность, похожую на большинство персонажей, населящих его роман.

- Эту записку я посылаю Вам в момент, когда всё ещё продолжаю страдать. (...) Когда мы с Вами снова увидимся (если увидимся), умоляю, будьте таким, какой Вы, по Вашим словам, бываете обычно. -(М. Пруст).