Цитаты из книги Доверие

Каждая жизнь строится вокруг небольшого числа событий, которые либо двигают нас вперед, либо стопорят. Мы проводим годы между этими эпизодами под воздействием их благотворных или губительных последствий, пока не настанет очередной решающий момент. Значимость человека определяется числом таких знаменательных событий, которые он создает самостоятельно. Он не обязан быть всегда успешным, ибо и в поражении может быть большая честь. Но он должен быть главным актером в ключевых сценах своей жизни, будь они эпическими или трагическими.

Китч. Не могу подобрать англ. пер. этого слова. Копия, которая так гордится своей близостью к подлиннику, что полагает, будто в этой близости больше ценности, чем в самом подлиннике. «Это просто вылитая!..» Правдоподобие вместо правды; духота вместо духа. Китч может быть и в глазах смотрящего: «Не закат, а картина маслом!» Поскольку искусственность теперь является высшим мерилом, подлинник (закат) нужно превратить в подделку (картину), чтобы последняя могла стать мерилом красоты первого. Китч — это всегда платонизм наоборот, возносящий имитацию над архетипом. И в любом случае это связано с раздуванием эстетической ценности, что видно в наихудших образцах китча: «классный» китч. Напыщенный, декоративный, величавый. Демонстративно, высокомерно заявляющий о своем разрыве с подлинностью.

— Процветание нации основано не на чем ином, как на множестве эгоистичных устремлений, объединяющихся до тех пор, пока не станут похожи на то, что называют общим благом. Добейтесь, чтобы достаточное количество эгоистичных личностей объединилось и прилагало усилия в одном направлении, и результат будет очень похож на коллективную волю или общее дело. Но как только этот иллюзорный общественный интерес вступает в действие, люди забывают о наиважнейшем различии: если мои потребности, желания и пристрастия подобны вашим, это еще не означает, что у нас общая цель. А только то, что цель у нас одинаковая. Это принципиальное различие.

— Вы знаете, каково расстояние до Луны?
Он не рассчитывал услышать от меня ответ.
— Порядка 238 000 миль, — сказал он. — А знаете, сколько составили потери при биржевом крахе? Порядка пятидесяти миллиардов долларов.
Он передвинул тарелку и столовое серебро и посмотрел на меня. Мое лицо умудрилось принять ошеломленное и вместе с тем внимательное выражение, которого Бивел, вероятно, ждал от меня.
— Если бы вы выложили впритык пятьдесят миллиардов долларовых купюр, вы могли бы десять раз достичь Луны. И вернуться обратно. Десять путешествий на Луну и обратно. И у вас еще осталась бы кое-какая мелочь.