Цитаты из книги Manacled

Моя. Его глаза не были похожи на волчьи. Это были глаза дракона, смертоносные и собственнические. Он смотрел на нее так, словно она была единственным, что имело значение в этом мире. Этот взгляд заставлял ее кровь вскипать.

Северус внимательно осматривал шар, пока она говорила. Он поднял на нее глаза и усмехнулся: — Благодарю вас, мисс Грейнджер, без вашего предупреждения мне бы и в голову не пришло быть осторожным с бомбой.

Наконец Малфой возвышался над ней, его лицо было белым, а глаза сверкали от

ярости.

— «Если с тобой что-то случится, я лично уничтожу весь Орден. Это не угроза.

Это обещание. Считай, что твоё выживание так же необходимо для выживания Сопротивления, как и жизнь Поттера. Если ты погибнешь, я убью каждого из них».

Когда-нибудь мы будем вместе в мгновении, которое не будет украдено.

Она хотела провести остаток своей жизни, потерявшись в этом моменте.

Намного хуже, Джинни, думать, что рядом есть кто- то, на кого можно опереться, а потом обнаружить, что это не так, когда ты больше всего в этом нуждаешься. Я не стану... не стану так рисковать. Я не смогу с этим справиться.

Вы можете позволить другим людям заботиться о вас.

Гермиона не отводила взгляда от его лица. Казалось, все то время, пока она не видела его, ее мучила жажда, а теперь она, наконец, получила глоток воды.

Мы с Джинни разговаривали, и она упомянула, насколько ужасно находиться в твоей больничной палате. Она сказала: все, что ты видишь,— это самое худшее из всех сражений, повторяющееся изо дня в день.

Это мгновение, это напряжение между ними было похоже на крылья бабочки. Нежное. Потрясающе хрупкое.

...по мере того, как она пыталась его разгадать, его судьба становилась все более трагичной, а сам он— пугающе человечным.

Гермиона хотела сказать ему, что он мерзкий, но была уверена, что он уже знает.

Малфой не был добрым— он просто не был жестоким.

— Ты и сам считаешь так же. Иначе сейчас чувствовал бы себя оскорбленным моими словами.

Как будто они с Малфоем играли в шахматы, но только он мог видеть доску.

Люди превыше всего. Книгу мы сможем восстановить или заменить, но люди незаменимы. Мы не вернем их обратно, если потеряем. Мы не будем причинять им вреда. Если нас что-то расстраивает, мы используем слова, а не кулаки.

Если какие-то важные вещи оставались невысказанными, то, возможно, наступит завтра.

Он поцеловал ее, и это было похоже на начало чего-то, что будет существовать вечно.

Возможно, этот день — это все, что у них осталось.

Я хочу иметь возможность любить кого-то, не думая, что это может им навредить.