Цитаты из книги Ян, душа моя

иногда любовь так пугает, что проще её выдумать

Оказывается, нужно прилагать много усилий, чтобы понимать, что на самом деле чувствуешь. Куда уж там сообразить, что на душе у другого человека.

- Это значит, что если Першин, или какой-нибудь Андрей, или любой другой долбонавт хотя бы посмотрит в твою сторону, я им головы откручу, потому что ты только моя.

- Ну ты и собственник.

- Я влюбленный собственник, Яна.

И в этот момент мое сердце разлетается на клочки, чтобы собраться воедино заново и забиться так, как никогда прежде.

Глеб награждает меня коротким цепким взглядом в глаза, будто хочет найти там что-то определенное, но потом легко подталки-вает в спину.

- Пойдем, вручу тебя отцу.

Мне становится страшно. Глеб вызывает во мне слишком сильные эмоции. Я их не ждала и оказалась к ним не готова. Раньше я была в безопасности со своей неразделенной любовью к Яну. Рисовала скетчи, слушала песенки, думая о неведомом красивом мальчике, толком его не зная, разглядывала фотографии в соцсетях. И чувствовала себя очень спокойно. Теперь же я сижу на пороховой бочке. И она не просто может взорваться в любую секунду, она уже несет меня на бешеной скорости во тьму и неизвестность.

— А вообще, знаешь, как проще всего решаются проблемы между людьми?
— Как?
— Словами через рот, — подмигивает тетя Катя

- Я долго думала, чем пахнешь ты. Что-то теплое и терпкое. Такое знакомое и волнительное. Ты пахнешь, как Новый год, -  Яна заглядывает мне в глаза, - это глупо?

- Нет, это прекрасно.

Не знаю, может быть, все в 17 думают, что их отношения — это навсегда. Но я не просто так думаю. Я так остервенело в это верю, что иначе и быть не может.

Оказывается, нужно прилагать много усилий, чтобы понимать, что на самом деле чувствуешь. Куда уж там сообразить, что на душе у другого человека. Вечная игра в угадайку, где вводные постоянно меняются.

- Ты чего?

- Хорошо смотришься сзади, Винни.

- Ой, какая же ты все-таки сволочь, Янковский, иди сам вперед! — я подталкиваю его перед собой, пока он посмеивается, и ядовито добавляю, — ты тоже со спины ничего. Даже лучше, чем с фасада!

Он хохочет, чуть откидываясь назад, и я вижу пар от его горячего дыхания. Не выдерживаю и тоже смеюсь.

Яна склоняет голову на бок, а потом хитро улыбается. Черт, какая же она красивая.

– Я не очень люблю эту историю.

– Будем не любить ее вместе.

– Насть, я разберусь, – зачем-то говорю я, хотя и ежу понятно, что ни черта я не разберусь.

А что мне надо было сказать?! Да, от твоего присутствия у меня колени трясутся? Мечтаю быть с тобой? Все, что было в учебнике, жуткая глупость и бред? Выброси вырванные листы и давай встречаться? Люблю, оказывается, не твоего друга, а тебя? Поцелуй меня, потому что я хочу этого так сильно, что аж во сне это вижу?

– Не играй со мной, Янковский, – предупреждаю лишь наполовину в шутку.

– Не буду, – серьезно отвечает он и отстраняется, – не дразни школьниц, они тебе голову откусят.

– Я тоже школьница, – говорю с придыханием, и Глеб, к моему удовольствию, замирает.

Влюбиться в девушку, которая влюблена в моего лучшего друга? Пять баллов, Глеб, просто супер!

– Никуда я не пойду.

Голубые глаза недобро сужаются:

– Нет, ты не поняла. Ты уходишь сейчас со мной, – и он с нажимом добавляет, – душа моя.

– Ты же знаешь, что ты козел?

– Солнышко, я в курсе. Но я не знал, что ты такая дерзкая. Это даже интересно.