Легкие, практически неслышные шаги заставили прянуть ушами, и черный, отблескивающий в лучах солнца зверь остановился, повернул голову и взглянул туда, откуда слышались эти самые шаги. Три степных волка – некрупные, поджарые, и опасные, как сама смерть стояли и смотрели на кота, и в их глазах не было ничего, кроме вопроса: «Насколько опасно это существо? Получится ли отнять его добычу?»
Кота молча двинулся в сторону троицы, и сделав пару небольших шагов снова застыл, а потом вдруг взвыл диким голосом так, что у волков поднялась шерсть на загривках. А после выгнул спину, поднял хвост, распушился, сделавшись больше, чем он был (а был размером с этого самого волка), и заскакал на стаю – странно, как-то боком, изогнувшись и хлеща воздух вытянутым хвостом.
Волки такого ужаса не перенесли, тявкнули, попятились, а потом понеслись прочь галопом, летящим над заросшей пожухлой травой степью. Они никогда не встречались с котами-переростками, и потому не знали, насколько те опасны. Но то, что волки увидели, им очень не понравилось, инстинкт им сразу объявил: «Бежать! И как можно быстрее! Эта тварь опаснее всех на свете!».
Кот радостно фыркнул и состроил рожу, высунув язык в сторону убежавших грабителей. А потом приступил к утренней трапезе.
