Цитаты из книги Walking

Надежда и будущность для меня заключаются не в лужайках и не в возделанных пашнях, не в городах маленьких и больших, а в непроходимых и зыбких болотах. Когда прежде я старался осмыслить свою симпатию к той или иной ферме, которую подумывал приобресть, я часто осознавал, что привлекают меня исключительно немногие квадратные роды какой-нибудь непроходимой бездонной топи, — естественная низина в одном из углов имения. Вот какое сокровище меня ослепляло. Болота, окружающие мой родной городок, подпитывают мои силы куда больше, чем ухоженные деревенские сады. Нет цветника приятнее моему глазу, чем густые купы хамедафны болотной (Cassandra calyculata), покрывающие эти уязвимые места на земной поверхности. Ботаника не способна на большее, нежели сообщить мне названия кустарников, которые там произрастают: голубика высокорослая, подбел многолистный, кальмия узколистная, азалия и рододендрон, — и все стоят на зыбучем сфагнуме.

Как дикая утка проворнее и красивее, чем домашняя, так и дикая мысль подобна крякве, что среди павших рос летит над болотами. Поистине славная книга — нечто столь же естественное, столь же неожиданно и необъяснимо совершенное и прекрасное, как дикий цветок, найденный среди прерий Запада или джунглей Востока. Гений подобен свету, озаряющему тьму, словно сполохи молнии, что порой нечаянно уничтожают сам храм познания, а не тонкой свечке, которая теплится на очажном камне человечества и меркнет по сравнению со светом повседневности

Где же литература, что выражает Природу? Того можно назвать поэтом, кто принудит ветры и реки служить ему, говорить за него, кто пригвоздит слова к их изначальному смыслу подобно тому, как фермеры по весне вбивают обратно в землю столбы, выдавленные морозом; тот, кто, желая воспользоваться словом, всякий раз добывает его и пересаживает к себе на страницу с корнями, облепленными землей; те, чьи слова столь свежи, истинны и естественны, что, кажется, набухают, словно почки с приближением весны, хотя и покоятся, полузадушенные, между двумя плесневелыми листами в библиотеке, – о да, и каждый год плодоносят по родам своим для преданного читателя, в согласии с окружающей Природой.

В природе найдется место и для клематиса, и для капусты. Одни выражения правды о чем-то напоминают, другие всего лишь разумны, как говорится, третьи — пророчества. Некоторые виды недугов даже порой служат прообразом видов здоровья. Некий геолог выяснил, что у змеев, грифонов, летающих драконов и прочих причудливых геральдических украшений есть прототипы в виде ископаемых существ, вымерших еще до сотворения человека, а следовательно, они «свидетельствуют о смутном и слабом знании о предыдущем состоянии органической жизни».

Едва ли не все люди чувствуют притяжение, влекущее их к обществу, но мало кого так сильно притягивает Природа. В своем отклике на природу люди по большей части, независимо от ремесла, представляются мне ниже животных. Нечасто у них есть прекрасная связь с природой, как в случае с животными. Как мало мы ценим прелесть пейзажа! Нам следует напоминать, что греки называли мир κόσμος, то есть красота, порядок, но нам невдомек, почему они так его называли, и мы оцениваем это в лучшем случае как любопытный филологический факт