Цитаты из книги Ravenspur: Rise of the Tudors

История подчас бывает мрачна и кровава.

храбрость нуждается в страхе, иначе она бесполезна.

Одной любовью да лаской сильного человека не воспитаешь, а тем более сильного короля.

Печали нельзя утопить. Они не тонут.

Победы принадлежат полководцу, но и поражения принадлежат ему же.

За один день всех сражений не выиграешь.

Не стоит даже начинать никакое дело, если ты по рукам и ногам повязан сомнениями и вариантами. Ричард мог только действовать, понимая при этом, что подчас может совершать обстоятельные ошибки. Однако безделье превращало его в кошачью лапку для окружающих, в пешку, трепещущую на своей клетке, не смея шевельнуться, пока ее не снимут с доски.

Жизнь подобна тропкам, расходящимся друг с другом в дремучем лесу. Мужчина или женщина, ты выбираешь путь на развилке и должен идти вперед, не имея возможности возвратиться назад и найти путь к другим, более счастливым временам. Всем нам доступно одно: вслепую, спотыкаясь и плача, брести вперед, забираясь в еще более глухую чащобу.

Существовала особая причина натаскивать солдат до высшей степени физической готовности, намного превышающей выдержку и выносливость крестьянина. К примеру, способность устоять на ногах, когда вокруг тебя все падают от усталости, иногда может спасти тебе жизнь. В бою недостаточно широким и отважным движением размахнуться хорошо наточенной железкой. Война – наполовину профессия, а на другую половину – искусство.

Сорок лет – начало старости, особенно если речь идет о женщине, столько повидавшей и потерявшей за четверть столетия, отданных ею Англии. И теперь ей выпала возможность начать все заново.

Мидии облепляют своими скоплениями днища кораблей или растут на скалах, раскрывая свои створки перед пищей, словно птенцы в гнезде.

Человек поднимается в гору, и его вознаграждает открывшийся вид. Те же, кто не хочет трудиться, обречены вечно оставаться в тени других людей – и так ничего и не увидеть.

Трезвым Эдуард уподоблялся тому самому солнцу с лучами, вышитому на груди его камзола и выгравированному на металле его брони. Он вел людей за собой так, будто и в самом деле был рожден, чтобы править, – этого врожденного качества Ричард не замечал ни у кого более.