Цитаты из книги The Peripheral

– Парней. Элла, моя мама, говорит: чудны́х навалом, чýдных не видать. Хотя не такие уж они и чудны́е, просто заурядные.

– Да, они уроды. Мы – нет. Но только пока не ведем себя по-уродски.

– Я сегодня видела столько всякой жести. У тетки, которая сказала мне про сбой внутренних часов, по два зрачка в каждом глазу и по жопе бегают анимированные тату. – Только по жопе? – По шее, по рукам. Зверье всякое. Видела у нее на животе, но они сбежали за спину, как в мультике, потому что меня не знают. Может, на жопу. Не пойму. – Чего не поймешь? – Привыкаю ли я к этому всему. То жесть, то вроде так и надо, то снова жесть.

– Пароль? – «Легкий лед». С маленькой буквы, без пробела. – Это такой дерьмовый пароль, что даже не пароль.

Красное лего, круглое, медленно выкатилось из-за блюда с апельсинами и, тихонько щелкнув, уже в виде кирпичика воссоединилось с желтым собратом. Недертон гадал, какую форму оно приняло, чтобы вскарабкаться по ножке стола.

Мама называла яйцевую капсулу ската русалкиным кошельком, но Бертон сказал, местное слово – «чертова торба».

— Вы буквально знаете все про всех? – спросил Недертон.
— Абсолютно точно – нет. Мне мешает избыток информации, обильной до полной бессмысленности.

— Ты гений, – сказала Рейни из Торонто. – Я бы прямо сейчас захотела родить от тебя ребенка, но не стоит плодить лгунов.

Восторженный дурачок этот Райс. Обожает секреты: должен их всем выбалтывать, иначе никто не узнает, что он посвящённый.

Талибский ковёр на полу выцвел так, что традиционное чередование орнаментальных танков и вертолётов превратилось в бесцветный абстрактный узор.

Неограниченный банковский счёт успешно заменяет ассемблеров.

Главной у них, видимо, была блондинка с профилем, как боевое каное

– Вот тут начинается жопа. – А все остальное не жопа? – Он сощурил глаза, как будто сейчас рассмеется ей в лицо.

Каждый в чем-то немножко урод. Лишь бы не выродок.

- Правда, что она периодически себя свежует и продаёт свою кожу желающим? - Если предпочитаешь такую формулировку, - сказал Недертон. - А ты извращенец, да? - Она - творческая личность, - ответил Недертон. - Тебе не понять.

- Мы вроде бы разрешили проблему неподкованности Флинн в экспертно-примитивистской бредятине. - Как именно? - Думаю, это можно назвать фекально-имплантной терапией. Вживлённый имитатор словесного поноса.

Посылалки не хватает посылать лесом всё, что надо бы!

Человек слаб, милая. И в тот миг, когда мы это забываем, мы гибнем.