Цитаты из книги Романс

На кухне были грязь и соседи

Роман иссяк, но нерегулярное творчески-половое общение осталось.

ее родители давно уже никуда не ездили, потому что зарплаты были маленькие, а детей двое, и нужно было им помогать, – но ведь ее родители не были композиторами.

Она не успевала учиться и работать одновременно – она слишком любила Афанасия.

Она всегда со всеми соглашалась, чтобы не ссориться.

Как ты вообще за него замуж вышла, не понимаю? Типичный пьяница и кобель. Да еще на шее у тебя сидит! Евлампий чертов!

деньги для него были понятием столь же абстрактным, как и время

Афанасий был по-своему благороден – он мог пропить Никину зарплату, но один он не ел.

Он слишком давно жил один и совсем недурно зарабатывал. Ему некому было приносить жертвы.

Она не умела разочаровываться в людях.

Впрочем, симфония тоже была посвящена Нике. Афанасий был по-настоящему любящим мужем.

Играла Ника всегда бесшумно, училась хорошо, терпеливо несла общественные нагрузки и никогда ничего не просила. Не потому, что «Мастер и Маргарита», а потому что стеснялась. И никто никогда ничего ей не давал. В смысле больше, чем полагалось.

Афанасий лежал на пороге, свернувшись калачиком, и вдохновенно, с облегчением спал, прижимая к смуглому, слегка просветленному лицу измочаленный букет хризантем. Хризантемы Ника любила.

Дней через десять Афанасий ударил ее в первый раз. Ника не успела даже понять за что, но неудобно, как со слишком высоких качелей, сползая с Афанасьевых колен, сразу поверила, что виновата. В детстве взрослые всегда наказывали ее только за дело. Афанасий был взрослый.

От маленькой соседки пахло молодыми яблоками и бедностью

Чемодан валялся у ее ног, как выброшенный на берег мертвый китенок.

Ника больше всего на свете любила клубнику, пусть даже ненастоящую, но она копила Афанасию на куртку. Ему совсем не в чем было ходить.

С утра до вечера – одни аборты!

Его давно перестали интересовать люди. Особенно те, что живут рядом. Сорокалетний жизненный опыт убедил Константина Константиновича в том, что именно от них больше всего неприятностей и проблем.

За дверью продолжали невыносимо, оглушительно молчать.