Потом шли музыканты, а за ними шла та, кого они чествовали.
Не помню, была ли она одета. Если нет - значит, облако радости и учтивости облекало ее и даже влачилось за нею, как шлейф, по счастливой траве. Если же она была одета, она казалась обнаженной, потому что сияние ее насквозь пронизало одежды. В этой стране одежда - не личи-на, духовное тело живет в каждой складке, и все они - живые его части. Платье или венец так же неотделимы от человека, как глаз или рука.
Но я забыл, была ли она одета, помню
лишь невыразимую красоту ее лица.