Цитаты из книги Козетта

Общество покупает раба у нищеты.

ничто так не оживляет запах, как запах

сделать первый шаг ничего не стоит; труден последний шаг

Козетта и Мариус переживали одну из тех блаженных эгоистических минут, когда человек не способен испытывать ничего, кроме счастья

вся жизнь превратилась в карнавал

Разве я имею право щадить себя больше, нежели других? Нет.

-Сударь, а как ездил император верхом?-спрашивал цирюльник своего собеседника. – Плохо, – отвечал солдат. – Он не умел падать. Поэтому никогда и не падал.

Король холодно смотрел на народ, который платил ему тем же. Когда он появился в первый раз в квартале Сен-Марсо, все произведённое им впечатление состояло в том, что один житель предместья сказал другому: «Этот толстяк и есть наше правительство».

Туманная философия таит в себе дух заблуждения.

Только открытый враг преуспевавшего является законным мстителем послано его падения.

Никогда не надо боятся ни воров, ни убийц. Это опасность внешняя, она не велика. Боятся надо самих себя. Предрассудки - вот истинные воры; пороки - вот истинные убийцы. Величайшая опасность скрывается в нас самих. Стоит ли заботиться о том, что угрожает нашей жизни и нашему кошельку! Будем думать лишь о том, что угрожает нашей душе.

Каторга создаёт каторжников.

иной раз поговоришь с кем надо, и все уладилось

"Он изучил историю для того, чтобы иметь научное основание для негодования."

Тот, кто не выступал с настойчивым обвинением в дни благоденствия, обязан молчать,когда произошёл крах

бывают часы, которые длятся годы

С тою легкой уверенностью в победе, которая составляет одно из преимуществ французского воина, они разделяли наступающий день на три фазы: в шесть утра «соответствующим образом подготовленный» полк перейдет на их сторону, в полдень – восстание всего Парижа, на закате – революция.

Особенность возвышенных зрелищ состоит в том, что они захватывают все души и всех свидетелей превращают в зрителей. Никто, быть может, не отдавал себе отчёта в своих чувствах; никто, конечно, не понимал, что перед ним сияет свет великой души; но все чувствовали себя внутренне ослеплёнными.