Цитаты из книги The Solitaire Mystery

Пусть наша жизнь на земле кажется слишком короткой, мы являемся частицей общей истории, которая переживёт нас.

Расти — это значит упиваться допьяна всеми чувственными переживаниями.

Мы с папашкой так хорошо знаем друг друга, что я уже давно понял, когда лучше промолчать.

Когда он размышлял о жизни и звёздах, его обычно мало интересовало мнение других людей. Для этого он слишком хорошо знал, что думает он сам.

Мне было странно, что люди на нашей планете живут не задавая себе без конца одни и тот же вопрос: кто они и откуда взялись? Почему люди не задумываются о жизни на нашей планете, а просто принимают её как нечто само собой разумеющееся?

История, она как большая сказка. Они отличаются друг от друга только тем, что история — это правда.

Я злился на папашку, который остался со своими новыми знакомыми пить альпийский самогон. "Альпийский самогон!" Как будто это звучало лучше, чем спирт!

Всегда легче спрашивать, чем отвечать.

Что чем красивее женщина, тем труднее ей найти самоё себя.

Вот интересный вопрос: сколько поколений людей должны нести вину за преступление, совершённое когда-то их предком?

- Но вот я живу, черт меня подери. И прекрасно понимаю, как мне повезло, что я живу на этой планете вместе с тобой. Я понимаю, как должен быть счастлив даже самый ничтожный червяк на этой планете. - А что бывает с тем, кому не повезло? - Их просто не существует! Они так и не родились. Жизнь – это лотерея, в которой видны только выигрыши.

Люди бы просто помешались, если бы астрономы открыли ещё одну населённую планету, — сказал он наконец. — Они ещё не перестали удивляться той, на которой живут.

Всегда найдется джокер, который разоблачит мираж.

Папашка никогда не выбирал самый короткий путь, если мог по дороге осмотреть что-то интересное.

Всё услышанное мы храним в сознании, даже если не помним этого. А потом, со временем, это всплывает

Дело в том, что люди запоминают те случаи, когда что-то произошло одновременно. Если они находят десятку, когда в ней нуждаются, они объясняют это чем-то "сверхъестественным". И думают так даже тогда, когда постоянно нуждаются в деньгах.

Когда человеку трудно думать, ему и говорить нелегко.

— Вот чёрт! — воскликнул я. Из-за того, что я много времени проводил с папашкой, мой язык уже почти ничем не отличался от языка заправского матроса.

Однажды папашка сказал, что здоровье не позволяет ему бросить пить. Я повторял эту фразу про себя много раз, прежде чем понял её. Обычно люди говорят как раз противоположное, но, очевидно, мой папашка представлял собой редкое исключение.

"Все старые люди рано или поздно должны умереть, — сказал он и положил руку мне на плечо. — Но тогда неплохо знать, что есть человек, который продолжит твоё дело".