Цитаты из книги В борьбе обретёшь ты... Часть 2

Пустое магловское морализаторство - бандит и убийца рассуждает о порочности тёмных искусств и однополой любви.

- Чего ты добиваешься? - Пробуждения знаменитой гриффиндорской совести. - Она, герой, тем и знаменита, что все о ней слышали, но никто не видел. Что-то вроде белого фестрала.

Синдром Золушки. Дома-то она уникум, а прилетела сюда на бал и... А нет здесь никакого бала! Но наша прелестница плакать от разочарования не стала. Она твёрдо решила найти и трахнуть принца!

- О, Салазар, ещё и проблем с девицами мне не хватало! - Дети растут. Это нормально. - Ага, а потом мне прилетает пяток Вопиллеров от мамаш: "Как так, какой кошмар, наша славная девочка сказала слово "хуй"! Наш невинный ангел, что вы с ним сделали!" Пусть они на каникулах растут, а в школе нужно учиться.

– В восьмую? – рассеянно пожал плечами Снейп, имея в виду знаменитую «опасную теплицу» мадам Спраут, зайдя в которую все без исключения министерские проверяющие падали в восхищённо-негодующий обморок, а потом дрожащими голосами требовали от Дамблдора гарантий того, что обитатели восьмой не вырвутся на волю и не превратят Запретный лес в Смертельные кущи.

Герой, поставленный перед фактом, у него уже был. И надо признать, герой блистательно победил этот несчастный факт.

«А ты думал, всё под контролем, да? – злорадно хихикнул Гарри про себя, пытаясь отрешиться от боли в отнимающихся от холода ногах. – Добро пожаловать в мир некромагии и вечных обломов!»

– Он добрый, – робко возразил Невилл, от всей души надеясь, что бабушкины таланты к мирным переговорам не ввергнут профессора Дамблдора сначала во Тьму, а затем в соседнюю с Гриндевальдом камеру.

– Так я про вас не скажу. Мол, сам такой загадочный. В депрессии был, вот! – Где ты был?! – В крайнем расстройстве, идиот. В таком, что в шкаф решил забиться и там помереть. – А потом передумал? – Имею право.

– Простите, пожалуйста, – повторил он и, неловко улыбаясь, процитировал Дамблдора: – Для высокоорганизованного разума смерть – это очередное приключение. – Как верно замечено, – сухо ответил Габриэль. – Смерть – это избавление высокоорганизованного разума от души. Высокоорганизованный же разум, склонный к приключениям, называется нежитью или, точнее, умертвием, мистер Поттер. Спешу обрадовать, вы рождены лишь для того, чтобы подобных приключений в этом мире было меньше.

Короче, герой-некромант-пацифист, готовься к любимой роли: принц в истерике посреди заговора, непонятый и оклеветанный!

Быть застуканным за беседой с воображаемой кукушкой – это ли не позорище?

– Как говаривал достопочтенный Сметвик, – теперь вкрадчивый баритон Малфоя звучал на редкость самодовольно, – оглушённый пациент – счастье для целителя. Нужно будет извиниться перед ним. Некоторые истины постигаются исключительно на собственном опыте.

Такие дела пошли, мистер Бэддок, что я наблюдаю исключительно за собственным алиби. Я скоро даже при посещении туалета буду мисс Скитер приглашать с колдографом.

– А в прошлом году её едва не убил тролль, – вздохнула профессор Спраут и отхлебнула чаю. – Невезучая девчушка. – Как посмотреть, – процедил мистер Вуд. – Моё везение закончилось бы ещё на тролле. А тут второе чудище за два года, и жива-живёхонька. Нормально у неё с везением, но с головой – беда.

– Магловедение-то ему зачем? – изумился Рон. – На той стороне он как рыба в воде, сам видел. – Сказал, чтобы спокойно спать на уроке, – с негодованием фыркнула Грейнджер. – За историю магии он, видите ли, не высыпается.

«Проболтаешься Марку – он меня убьёт или выгонит из команды. Первое не так страшно, Поттер, потому что ты будешь обязан поднять меня на игру!»

Всю субботу живописец Поттер, отчаянно сквернословя, размазывал вонючую краску по холсту. Результат превзошёл его собственные ожидания и надолго поверг в ступор поклонников таланта.

– Кто же здесь по-настоящему великий маг? – солнечно улыбнулся Пятикратный. – Вы, Гилдерой, – покорно склонил голову Снейп.

– Это как если бы кафе дурынды Паддифут дало метастазы в Хогвартс, – выдала мадам Помфри и хихикнула. – Коллеги, теперь я видела всё!