Цитаты из книги Неформат

Светик метнула в меня дротик взгляда и страдальчески сморщила личико. Как у нее кожи на эти складочки хватило?

— Вариант продуманный и очень удобный. То, что он выглядит идиотским — залог его успеха…

После этого обращаться в полицию мне расхотелось категорически. Репутацию идиота лучше не выпускать за пределы дружеского круга.

Фира, поохивая, с трудом приподнялась, одновременно сдирая с бедер плетеное кресло.

... мы получим семь с половиной процентов! А ведь начинали с двух. — Сильно! — искренне похвалил я старика. Мне никогда не удавалось изменить цену больше чем в три раза. Даже на арабском рынке. Всегда прекращаю торговаться, когда мне уступают за полцены.

Пока я запивал то ли водку водой, то ли воду водкой, Софья Моисеевна, откровенно наслаждаясь собственным интеллектуальным превосходством...

— Плохо, — огорчилась теща. — Боря, это очень плохо! Потому что если мужчина не волнуется за семью, то он способен на любую подлость!

Они бы и Антарктиду купили, да не у кого… Да нам всем — Ронену, мне, всем молодым — денег просто жалко. Деньги должны работать, а не питать надеждами старцев!

А новое поколение евреев интересуется или деньгами-Голливудом-пабами, или Торой-синагогой-машиахом.

... в молодости стараешься не подставляться врагам, а потом взрослеешь и не хочешь подставляться никому в принципе.

Смотри, это твой шанс узнать, как выглядит изнутри то, на что ты так долго глядел снаружи, запоминай же подробности…

В центре променада выросли огромные этажерки, обвешанные дорогими сувенирами. Шапки-ушанки, расписные платки и шали, янтарь, деревянные ложки… Когда-то все они имели обычные рабочие функции — греть, украшать… А стали приколом для иностранцев, символами места и ушедшего времени.

... взгляд Саньки подобрался, как живот у солдатика на поверке.

... голодный мент охотится лучше сытого, а тем более пьяного.

Глаза у Светика были вполне иерусалимские, большие и печальные, с нехорошими всплесками взгляда, которые она дарила окружающим. Мне захотелось нарисовать на ее впалой щеке слезу и переименовать в Пьеро.

Законы у нас — как забор. Чтобы усидеть — одна нога по эту сторону, другая — по ту. И только одна мысль — как бы яйца не прищемили.

Хорошо одетые люди растворялись в одинаковых. Толпа была на удивление однородной. Я было удивился, но понял, что это чисто израильское восприятие. Все правильно. Однородный — это один народ, а я приехал из страны где «много евреев разных национальностей».

На порог выбежала радостная Ёлка, обняла, расцеловала. Приятно быть источником радости для красивой женщины.

— Уважаемые люди, Боря, врут так же часто, как и неуважаемые. Только делают это правдоподобнее.

— Конечно, тебе еще рано умирать, Боря. Но иначе не получается, поверь. Мы пытались и так, и сяк. Невозможно… Но смерть это тоже часть жизни. Просто последняя ее часть. У тебя она наступит немного раньше, вот и все.