Цитаты из книги Когда утонет черепаха

Ей было проще отдаться, чем объяснить, что у тебя другая ориентация.

Литр виски ускоряет время, но не улучшает пейзаж.

Перед входом в конференц-зал все честно сдали оружие. Потому что возможен диспут, и мало ли у кого какие рефлексы сработают.

Группа Ларсена в полном составе забаррикадировалась в Управлении Пограничной Охраны. Пограничники не выдадут. Их никто не подкупает, потому что служба невыгодная. Ходят себе по лесам без всякого навара. Гоняют коров и грибников. В лучшем случае отберут рюкзак с сигаретами у велосипедиста. И то, если поймают. Денег у пограничников нет, зато оружие настоящее.

В зимней Прибалтике солнце как творческий работник, просыпается к обеду.

В башне есть офисы, гостиница, квартиры стоимостью в небольшой районный город. На крыше ресторан. Средний горожанин, накормивший в этом ресторане жену, получает право не выносить мусор в течение года.

У работающих в башне особая походка. Шире шаг, легче движения, выше подбородок. В других местах они как обычные люди. Но стоит выйти из троллейбуса на остановке «Заячий остров», сразу все находят в себе дополнительные благородство и оптимизм.

Анна танцевала в эстрадном балете. У неё был сольный номер, танец Коломбины. Так себе карьера. Когда ей было четырнадцать, зрители аплодировали её хрупкости. В двадцать пьянели от её сексуальности. В тридцать восхищались мастерством и всё ещё сексуальностью. Если ничего не менять, к пятидесяти ей крикнут «во даёт бабуся». Анне нравятся успех, цветы и записки про любовь. Но букетам из купюр она бы радовалась больше. Жаль, у поклонников не сложилось такой милой традиции.

Брошенные женщины засыпают под бормотанье телевизора. Привычка эта возникает незаметно и плохо лечится. Не можешь заснуть и всё тут. Но смотреть не получается. Включаешь телек – веки тут же слипаются, и поутру нипочём уже не вспомнить, кто кого мучил и на ком в конце женился.

Платье должно быть сдержанным, но броским, торжественным, скромным, сексуальным и будничным одновременно. В шкафу – разумеется – такого не нашлось. Не ясно даже, существует ли нужный фасон где-то в мире. О чём думают дизайнеры одежды – непонятно.

Анна уверена, что кухонную технику делают умные люди. На видном месте они расположат кнопки исполнения желаний. А кнопки самоподрыва уберут подальше, чтобы женщины не пострадали.

Любить всегда надо здесь и сейчас, а не за триста километров.

Сначала человек перестаёт отгонять страшные мысли. Потом начинает ими наслаждаться.

Ничто так не усиливает слёзы, как попытка их сдержать.

Всем нужна нормальная работа. Чтобы в трудные времена не одалживать у родителей.

Брошенные женщины засыпают под бормотанье телевизора. Привычка эта возникает незаметно и плохо лечится.

Паша Селиванов пишет сценарии для анимационных лент. У него профессиональная деформация. Он примеряет для мультфильма всё что видит. Про крикливую дворничиху написал бы: «…от её крика осыпались листья, упала в обморок ворона и по фасадам домов побежали трещины».

Срочно пришли своё фото.Хозяин отеля не понимает,почему я не хочу остаться ещё на неделю

Сюда иди. Или ссышь? – Подойди сам, проверь, как я ссу. – Ты кто такой? – Я – кто надо. А ты кто? – Ты очень умный? Эти и другие важные фразы забиты в голове каждого люмпена в виде стандартного опросника. Пока текст не закончится, драка не начнётся. Лишь согревшись битвой умов, противники бросились в бой. Урон помещению был нанесён обычный, то есть максимальный.

Том закончил филологический факультет, отделение французской литературы. Пробовал работать учителем. Когда желание убивать школьников стало неодолимым, перешёл преподавать в школу полиции. Там учились те же негодяи, только вместе с аттестатом им выдавали пистолеты. Том на себе прочувствовал, насколько издеваться веселей, чем преподавать. Тогда он тоже сдал экзамены, получил погоны лейтенанта, пистолет и наконец-то ощутил себя человеком.