Цитаты из книги તિમ્રુરની ટુકડી

... а что, если мы спустимся, вдруг обвалился башня и останемся мы с тобой запертыми в подземных ходах? Я где-то такое читал. Сначала они свечи поели, потом башмаки, потом ремни, а потом, кажется, и друг друга сожрали. Очень интересная книга.

Пришел как-то на речку скучный-скучный Димка. - Убежим, Жиган! - предложил он. - Закатимся куда-нибудь подальше отсюда, право! - А тебя мать пустит? - Ты дурак, Жиган! Когда убегают, то ни у кого не спрашивают.

"А ты знаешь, если человек прав… – Да, знаю… то он не боится ничего на свете. Но ему все равно больно."

– Отчего же это у меня на пути не стоит ничего колючего или острого? – передразнила ее Ольга. – Неправда! У тебя на пути стоит экзамен по математике.

- ...ультиматум. Это что такое, я не знаю... - Это такое международное слово. Бить будут...

Я не фашист, а весь советский.

Прощай, Маруся! А чашки твоей мы все равно не разбивали.

– Бой неподалёку! – вскрикнул Пашка.

– Бой неподалёку, – сказал и я. – Это палят из винтовок. А вот слышите? Это застрочил пулемёт.

– А кто с кем? – дрогнувшим голосом спросила Светлана. – Разве уже война?

Уж на что близко волостное село, а и то не поймешь, чье оно. Говорили, что занимал его на днях Козолуп… А что за Козолуп, какой он партии?

И он спросил у задумавшейся матери:

– Мам, а Козолуп зеленый?

– А пропади они все, вместе взятые! – с сердцем ответила та. – Все были люди как люди, а теперь поди-ка…

"Слышно было, как за оградой Пашка Букамашкин, Санька, Берта и еще кто-то играли в чижа. ... - Кто-то там опять нашагивает, - объяснила Светлана, - должно быть, сейчас снова поругаются. - И, вздохнув, она добавила: - Такая уж игра!"

"Стали искать и нашли мы такую полянку, какая не каждому попадется на свете. С шумом распахнулись перед нами пышные ветки дикого орешника. Встала острием к небу молодая серебристая ёлка. И тысячами, ярче, чем флаги в Первое мая, - синие, красные, голубые, лиловые, - окружали ёлку душистые цветы и стояли не шелохнувшись. Даже птицы не пели над той поляной - так было тихо"

"...Потому что хотя Москва и самый замечательный город, но когда папа вот уже целый год как не был дома, то и в Москве может стать скучно"

Женя вытерла слезы, приложила телеграмму к губам и тихо пробормотала:
- Папа, приезжай скорей! Папа! Мне, твоей Женьке, очень трудно.

Олечка, не ходи на инженера, ходи на доктора, -  заговорила Женя, подсовывая Ольге настольное зеркало. - Ну, погляди: какой из тебя инженер? Инженер должен быть - вот... вот... и вот... (Она сделала три энергичные гримасы.) А у тебя - вот... вот... и вот... - Тут Женя повела глазами, приподняла брови и очень нежно улыбнулась.

- Оля! - горестно воскликнула тогда Женя. - Я пошутила. Ну за что ты на меня сердишься? Я прибрала всю квартиру, я протëрла окна, я старалась, я все тряпки, все полы вымыла. Вот тебе ключ, вот квитанция от папиной телеграммы. И дай лучше я тебя поцелую. Знаешь, как я тебя люблю! Хочешь, я для тебя в крапиву с крыши спрыгну?