Цитаты из книги Час нетопыря

— У меня сейчас возникло такое чувство, какое, я думала, не возникнет у меня никогда.

— Какое?

— Я боюсь тебя, Макс.

Америка развратилась за последние два десятилетия. С каждым днем читатели проявляют все больший интерес к личным трагедиям. Тогда было не так: двадцать четыре года назад у американцев еще сохранялось какое-то уважение к частной жизни.

— Никогда не любил собак, — сказал Лоу. — Они очень зависимы.

— Они прелестны, — отозвалась Мэри.

— И никогда не любил кошек.

— Почему? — спросил Макс.

— Они очень независимы.

— А знаешь, какой машиной я бы хотел быть сегодня вечером?

Он указал на расцвеченную разными лампочками машину, стоявшую в дальнем углу помещения.

— Да, да, музыкальной машиной. И, какие бы кнопки ни нажимали посетители, я бы исполнял только любовные песни, и только для тебя.

— О, Макс, это слишком сладко.

— Но тебе это нравится.

— Нравится. Кроме того, я женщина, которая проливает ручьи слез на любом мало-мальски печальном фильме.

В этом реальном освещении ее собственное отражение в зеркале даже напугало ее: темные круги вокруг глаз, дряблая вялая кожа. Она привыкла, что женщины завидовали ее внешности. Шелковистые черные волосы, синие глаза, приятные черты лица и безукоризненная фигура. А сейчас та, которая смотрела на нее из зеркала, казалась незнакомкой и выглядела враждебно.

— Ты что, читаешь мысли?

— Просто я очень хорошо тебя знаю. Ты самый мягкий и добрый человек, которого я когда-либо встречал.

— Я не против оставаться одна столько, сколько я оставалась раньше. И я больше не боюсь темноты.

Когда он гнал машину, Мэри представляла себе то безрассудство, вкус к внутреннему возбуждению и ярость, которые бросали его в десятки потасовок. Странно, но эти его черты не пугали ее. Она даже находила его еще более привлекательным.

«Я видел женщин, подобных ей, — печально подумал Стамбауф. — Они ходят с расправленными плечами, высоко поднятой грудью, с заметной гордостью и радостью, которая просвечивает в каждом шаге».

— Ты относишься к тому типу людей, которые всегда спрашивают, по ком звонит колокол, и всегда проливаешь ручьи слез на любом мало-мальски печальном фильме.

— Мне не надо быть психиатром, чтобы понять, что тебе надо на кого-то опереться. И всегда было надо. С того самого дня, как ты осознала, что ты ясновидящая, ты испугалась этого, ты сама не могла справиться с этим. Какое-то время ты опиралась на меня. Но я не был достаточно высок или широкоплеч, чтобы выполнять эту миссию достаточно долго.

- Ты спросил меня, если бы я могла стать машиной, какой бы модели машиной я захотела бы стать?

• Последняя женщина, которая отвечала перед тобой, сказала, что она хотела бы стать "роллс-ройсом" и ездить по самым престижным местам. Но ты ответила, что предпочла бы быть неотложкой, чтобы спасать людей.

Пьяница проспится, а дурак - никогда!

Я демон и вампир мне нравиться вкус крови...

Её охватила паника. Подскакивая и подвывая, она бросилась в противоположную сторону комнаты, сжавшись в комок, будто была калекой.