Цитаты из книги Козетта

Когда он вел беседу, детская его веселость, о которой мы уже упоминали, составлявшая одну из самых привлекательных черт его характера, помогала людям чувствовать себя легко и непринужденно; казалось, от всего его существа исходит радость. Свежий румянец и прекрасно сохранившиеся белые зубы, блестевшие при улыбке, придавали ему тот открытый и приветливый вид, когда невольно хочется сказать о человеке: «Какой добрый малый!» – если он молод, и «Какой добрый старик!» – если он стар.

Я живу на свете не для того, чтобы пещись о собственной жизни, а для того, чтобы пещись о душах моих ближних.

Убиенный людьми воскрешается богом; изгнанный братьями вновь обретает отца.

Смертный приговор потряс его душу и словно пробил ограду, отделяющую нас от тайны мироздания и называемую нами жизнью. Беспрестанно вглядываясь сквозь эти роковые бреши в то, что лежит за пределами нашего мира, он видел одну лишь тьму. Епископ помог ему увидеть свет.

Все земное подвластно греху.

Она никогда не была хороша собой, но ее жизнь, являвшаяся непрерывной цепью добрых дел, в конце концов придала ее облику какую-то белизну, какую-то ясность, и, состарившись, она приобрела то, что можно было назвать "красотой доброты".

Вы видите доброго человека, а я - великого. Каждый из нас может извлечь из этого некоторую пользу.

Исчезновение войн, - как уличных войн, так и войн на границах государства, - вот в чем скажется неизбежный прогресс. Каково бы ни было наше Сегодня, наше Завтра - это мир.

Должок мой, дядюшка, уплатит революция.

Они натирали мелом черную телку и заявляли: "Она белая".

Старая, ядовитая, нездоровая действительность приняла вид весеннего обновления.

Отчаяние- последнее оружие, иногда приводящее к победе.

Люди отдаются покою так же самозабвенно, как и беспокойству.

Любовь не знает середины: она или губит, или спасает. Вся человеческая судьба в этой дилемме.

Таков порядок вещей. Люди жертвуют собой во имя призрачной мечты, которая оказывается почти всегда иллюзией, но иллюзией, подкрепленной самой твердой уверенностью, которая только доступна человеку.

Жан Вальжан казался сотканным из мрака, а Жавер- изваянным из камня.

Умирающий еле слышным голосом упрекал мертвеца.

Он вынужден был признать, что добро существует.

Быть льдом- и растаять!

Я голосую за отмену всех огорчений и скорбей. Надо, чтобы нигде отныне не было места печали. Я предписываю всеобщее веселье, черт возьми! Зло не имеет права на существование. Неужели есть еще на свете несчастные люди? Честное слово, это позор для голубых небес.