Цитаты из книги Письма

Мне сейчас крайне необходимо: во-первых, зверская энергия, во-вторых, зверская энергия, в-третьих, зверская энергия.

Если только позволит время, я бы дописал к «Стране водяных» еще страничек десять.

Я считаю, что независимо от того, принадлежит человек к буржуазии или нет, его жизнь, если она будет лишена хотя бы маленьких радостей, не принесёт ему ничего, кроме страданий. Я почувствовал это ещё отчётливее, прочитав «Беседы с Анатолем Франсом» Никола Сегура. Даже социалист Франс говорит, что люди, подгоняющие его к социализму, «достойны сострадания, близкого к презрению».

Как Вы знаете, Чехов в «Вишнёвом саде» вывел студента новой эпохи и заставил его скатиться по лестнице со второго этажа. Я не могу, как Чехов, насмешливо отмахнуться от новой эпохи. Но в то же время и не горю желанием встретить новую эпоху с распростёртыми объятиями.

Сейчас я занят изучением книг русского писателя Пильняка. Мне кажется, он не очень интересен. Хотя в Советской России отзывы о нем самые хорошие. Но на них тоже особенно полагаться нельзя.

Недавно прочёл биографию Наполеона. Он был великим человеком, но в то же время и чудовищем. Никто так не презирал людей, как он.

Внизу поселилась женщина, играющая на кото, – она страшная засоня, встаёт не раньше двенадцати. Внешне похожа на медсестру Ота. Однажды, когда её муж промывал проявленные и отпечатанные в бане фотокарточки, она подошла и сказала: «Нет, это не прежние неумелые дерьмовые фотографии, а умелые дерьмовые». Такой женщины следует опасаться.

Гамсун великий писатель!

Причина возникновения критической точки зрения по поводу того, что литература не развивается, объясняется следующим. Литература не подчиняется законам прогресса, действующим в других областях. Она прогрессирует спиралеобразно. Поэтому она беспрерывно возвращается к первоначальной точке. <...> Далее, прогресс литературы не подчиняется законам прогресса, действующим в других областях, ещё и потому, что она развивается зигзагообразно и, следовательно, возможны взлёт и падение.

Как известно, процесс писания – самое скучное занятие для писателя. Восторгаться здесь нечем.

Писание новелл – это стремительный спуск с горы, а писание путевых заметок – спокойное движение по равнине.

По-моему, «Мать», третья её часть, слабая. Следовало ярче выписать поведение героини в том месте, где она радуется смерти ребёнка. Уверен, от этого новелла только бы выиграла, во всяком случае освободилась от недостатков.

Как хорошо, что я стал писателем!

Мне кажется, Шанхай не столько Китай, сколько Европа. Причём Европа второсортная.

...независимо от того, кем Вы хотите стать, учитесь. Учитесь, я тоже всё время учусь.

Быть серьёзным – совсем не значит заставлять персонажи произведения вести серьёзные речи. Задача писателя состоит в том, чтобы достойно отразить нашу повседневную жизнь, заключённую в нас самих и в том, что нас окружает.

У меня очень неповоротливая шея, поэтому я никак не могу заставить её обратиться к работе, хотя двадцатую часть «Сусаноо» уже переработал, а с недавних пор пишу не покладая рук. Но всё равно слабые места так слабыми и остаются.

Человек создан не только чтобы влюбляться, все его помыслы сосредоточены на том, чтобы быть мечом, несущим смерть, и мечом, несущим жизнь.

...инстинкт влюблённости – это вожделение и достижение минутного блаженства, а в жизни – это взлёт и мгновенное падение.

По-прежнему всё время в кого-то влюбляюсь. А не влюбляться скучно.