Цитаты из книги Исповедь серийного убийцы

Что касается дружбы... Между мужчиной и женщиной она в принципе невозможна. Кто-то кого-то хочет. Всегда. Это страсть, закатанная в банку, которую откроют в первый голодный год.

В какой-то момент мужчине показалось, что он готов впиться в ее кожу зубами. Прямо здесь и сейчас. Отхватить кусок плоти, жадно подставив язык под струю горячей крови, бьющей у нее из сонной артерии… Нет, сама по себе кровь его не привлекала. Есть человечину – омерзительно. Но осознание того, что вместе с этими толчками из девушки будет выходить жизнь, приводило его в исступление. Было в этом что-то мистически привлекательное, в стиле Эдгара Аллана По…

– Турецкие мужчины очень любвеобильны, – он посмотрел на Ахмеда. – Господин Йилдыз не даст мне соврать. И русские девушки им особенно привлекательны.

Наверное, в том то и беда наша, что разного рода злые и порочные деяния видятся нам в неправильном свете. Нам кажется, будто совершение аморального поступка и, тем более, преступления требует от человека усилия над собой, сделки с совестью, когда на самом деле нет ничего сложного в том, чтобы убивать людей, нюхать кокаин и трахать шлюх в задницы…

Каким же нужно быть идиотом, чтобы вот так попасться?! Первое правило неверного женатика гласит: отправляясь к любовнице, убедись, что все окна в квартире зашторены, и уж тем более не выходи на балкон покурить!

...хотелось почувствовать, как дым проникает в легкие, а из легких в кровь. Как к сердцу и мозгу мчится никотин, и те двести смол и ядов, что выделяются в процессе горения... И смерть на мгновение становиться ближе, словно здороваясь с ним через объятия густого белого дыма. А потом, вместе с выдохом, уносится прочь...

Я родился с дьяволом в душе. Я не мог не убивать, как не может молчать поэт, охваченный вдохновением... Великий Враг явился к ложу моей матери при родах, чтобы стать моим покровителем, и с тех пор остался моими спутником навсегда

Вы спрашиваете, зачем я убивал? Ну как вам объяснить... Для меня жизнь без убийств — как для вас жизнь без еды. Потребность, понимаете? Я чувствовал себя отцом этих людей, ведь я открывал им дверь в другой мир. Я отпускал их в новую жизнь...