Цитаты из книги Monstrous

Всякий раз, когда человек плачет, он чуть-чуть умирает. С каждой каплей от него уходит крошечная доля его жизни.

Наверное, музыка - это такая разновидность магии.

Любовь к родным и близким заставляет людей делать самые невероятные вещи.

– Слезы проливаемые могущественными существами обладают сильными свойствами. Я использовал последние из моих запасов, создавая тебя.

Голова поворачивается, и бледные глаза снова удерживают меня взглядом. Кто ты?Мое горло сужается до размера игольного ушка, но каким-то образом мне удается пропищать. – Я Кимера. А, химера. Понимаю. Часть тела человека, часть птицы? – И змеи.

Плакать можно лишь до тех пор, покуда не выплачешь всю свою жизнь.

Если люди чего-то не понимают, они боятся. Тебя они не поймут.

– Я похожа на нее? Он хмурится. – На кого? – На твою дочь. Ту, которая была человеком. Он закрывает книгу и снимает очки. – О, моя дорогая, ты похожа на нее, потому что ты и есть она. Ты думаешь как она, говоришь как она, даже двигаешься как она.

– Отец, с какой стати курицы напали на нее? Он пожимает плечами. – Я точно не могу сказать. Но могу предположить, что она пыталась перелезть через живую изгородь по курятнику. Иногда лучший путь может быть наименее очевидным, но боюсь, не в ее случае. Она, должно быть, порядком их напугала. Они, вероятно, подумали, что это лиса.

Стоит ли тратить время и горевать об ушедших, если есть те, кого можно вернуть?

Ты просто совершенство. Ещё бы - это же я тебя создал.

Когда ты ещё была человеком, я всегда говорил, что ты - лучшее, что я создал. Теперь это и вправду так.

Люди будут тебя бояться. А испуганный человек бросается на всех, словно загнанная в угол собака.

Вспоминать его имя так больно, словно в нем заключается некая магия. Когда я ухаживаю за розами, их запах напоминает мне о нем. Сегодня утром я несколько раз доставала из книги засушенные цветы, которые он мне дарил. Он дал мне ощущение полноты жизни, а теперь все опустело. И пустота эта больше прежней. Странно, как глубоко может прорасти человек в чужую душу.

Мой живот снова урчит. – Теперь мы можем есть, Отец?Его глаза блестят. – Рано. У тебя есть еще одно задание.

В ту первую ночь с Реном я совсем забыла о той девочке, которую убила. Но к тому времени как я дошла до тюрьмы моя меланхолия вернулась с новой силой. Я забрала ту девочку, у которой по возможности были самые розовые щеки.

– Отец, мне хочется на ужин рыбу.Он фыркает от смеха и возвращается к курице с одной ногой, которую еще нужно прикрепить. – Сейчас? – Да, я хочу сама поймать ее. Могу мне пойти на реку?Он поднимает седую бровь. – Ким, река находится не близко. И сейчас день. Что если тебя увидит какой-нибудь путешественник? – Я поступлю, как ты меня учил: ужалю и сбегу.