Цитаты из книги Апокалипсис Томаса

«Собака создана специально для детей. Она — бог веселья». Я с этим согласен. Но собаки иной раз могут посмотреть так серьезно, как удастся далеко не всякому человеку. Словно они могут видеть будущее и ужасаются тому, что тебя ждет.

Про уникальность каждой души наша теперешняя культура старается забывать, увлеченная групповой идентификацией.

Нас хоронят, когда мы рождаемся. Мир - это кладбище с могилами занятыми и могилами будущими. Жизнь - период ожидания встречи с могильщиком.

В нашей жизни много дней, когда мы чуть-чуть умираем...

В нашей жизни много дней, когда мы чуть-чуть умираем, нас тяжело ранит утрата или неудача, или страх, или страдания других, которым мы можем предложить только жалость, или кому не можем предложить помощь, потому что для них уже ничего нельзя сделать.

Остальным нужны люди, с которыми мы можем посмеяться.

Злость — красный туман, через который ты видишь мир, а гнев сохраняет ясность видения. Обозленный человек часто стреляет от бедра и промахивается или попадает не в того, тогда как человек в гневе продвигается к цели без злости, но во имя справедливости.

Между рождением и похоронами мы живем в комедии тайн

Почему так часто дети страдают от собственных родителей?

Тревогой можно добиться лишь порождения новой тревоги.

Мы все живём в мире, который по существу зона боевых действий. У нас отберут все, что мы любим, а напоследок - жизнь.

Зачастую мы сами источники наших бед, от какой-нибудь ерунды до катастрофы, потому что очень много рассуждаем об их возможности, и в результате возможное становится неизбежным.

Каждый из нас потенциальный источник глупости, каждому из нас приходится сталкиваться с последствиями глупости других, а кроме этого природа частенько тычет нас носом в нашу абсурдность, тем самым напоминая нам, что никакие мы не владыки вселенной, хотя нам нравится примерять на себя эту роль.

Дьявол и все его демоны занудны и предсказуемы, потому что бунтуют против истины. Само преступление — в отличие от его разгадки — скучно для утонченного разума, но всегда зачаровывает простаков. Один фильм про Ганнибала Лектера захватывает, но второй вызывает зевоту. Мы любим серийного героя, но серийный злодей быстро надоедает, потому что очень стремится шокировать нас. У добродетели богатое воображение, зло — повторяется.