Между тем времена года шли своей чередой. Лягушата, попискивавшие ранней весной в лугах, проквакали взрослыми лягвами в течение знойного лета и затем снова замолкли. На персиком дереве набухли и распустились почки, потом оно зацвело, и наконец созрели плоды. Прилетели стрижи и ласточки, весело щебетали над домом, построили себе гнёзда, воспитали свою молодёжь, держали совет на коньке кровли и затем улетели в поисках новой весны. Гусеницы выткали для себя пелену. Потом завернулись в неё и качались на паутинке, свисая с огромного платана, что рос возле дома, наконец стали лёгкими мотыльками, порхали в последних лучах солнца и бесследно исчезли; листья самого платана сделались жёлтыми, потом бурыми, потом один за другим облетели, пали на землю и, подхватываемые порывами ветра и вихрями пыли, носились крошечными смерчами, шелестели и шептали, что зима у порога
2 понравилось