Цитаты из книги Nova Swing

Никогда ничего там не подбирай. Не позволяй никому себя подобрать.

Вик Серотонин, который явился десятью минутами ранее, стоял теперь, облокотясь на оцинкованную барную стойку, и смотрел на собственные руки с таким выражением, словно ему тяжело было вообще оставаться в живых.

В «Prêter Cur» тень столба зачастую падала на зеваку со всем весом реального столба

«Люди воображают, что жить в одиночестве неправильно, но это не так. Неправильно жить с кем-нибудь только потому, что не можешь решиться ни на что другое».

«У меня усиливается близорукость, – писал он за три дня до ее смерти, – но сны мои компактны и красочны, как реклама».

– Ниспошли мне знак, – произнес Эшманн. – Найди его внутри. Он фыркнул. Внезапно его обуяла бо́льшая симпатия к рекламе, чем к самому себе. – Ниспошли мне сердце неоновое.

– Никогда мне вас не понять. – Никому никого никогда не понять, – сказал он. – Нам обоим нужно немного отдохнуть.

This was how life went. A single moment seemed to extend forever, then suddenly you were snapped out of it. The forward motion of time stretched whatever rubbery glue-like substance had fixed you there until it failed catastrophically. You weren’t the person you were before you got trapped; you weren’t the person you were while you were trapped: the merciless thing about it, Liv discovered, was that you weren’t someone entirely different either.

“Every part of the year,” he told her, “is filled with unacknowledged acts of memory, cued by the smell of the air, the seasonal fall of the light. Do you follow?” Silence in the pipe. Perhaps she did, perhaps she didn’t. “There are dogs in everything. They aren’t real, but neither are they only a metaphor. We’re dogged by the things we’ve forgotten.”

People lose their way as an act of defence. Then they panic and decide they have to find it again.

I fear the unknown, but the fear of the known is so much worse.

Uncertainty is all we have. It’s our advantage. It’s the virtue of the day.

Под мышкой у женщины были вытатуированы строчки: «Ниспошли мне сердце неоновое, с любовью его пошли, найди меня внутри».

– Мы пришли сюда со звезд, Эмиль, и звезды – наш дом. Мы от всего этого отказались ради твоего безумия.

Струи дождя хлестали Антуана, текли по его лицу; руки и колени оставили мягкие впадины в песке, точно на поверхности пространства-времени, которой вода, казалось, придала эластичность.

– Мы никогда не знаем, что имеем в виду, – сказала она. – Мы это проживаем от момента к моменту. Мы никогда не знаем, что имеем в виду, пока не станет уже слишком поздно.

Дневник Вика встревожил, но удержаться от чтения он не мог. «Я страшусь неизвестного, – писала она, – но известного бояться куда хуже».