Цитаты из книги Джюлио

Тогда как я воскликнешь к небесам, Ломая руки: дайте прежним дням Воскреснуть! но ничто их не найдет, И молодость вторично не придет!..

Но дьявол, сокрушитель благ земных, Блаженство нам дарит на краткий миг, Чтобы удар судьбы сразил сильней; Чтобы с жестокой тягостью своей Несчастье унесло от жадных глаз Всё, что ему еще завидно в нас.

«Заботы вьются в сумраке ночей Вкруг ложа мягкого, златых кистей; У изголовья совесть-скорпион От вежд засохших гонит сладкий сон; Как ветр преследует по небу вдаль Оторванные тучки, так печаль, В одну и ту же с нами сев ладью, Не отстает ни в куще, ни в бою»; Так римский говорит поэт-мудрец.

Есть сумерки души во цвете лет, Меж радостью и горем полусвет; Жмет сердце безотчетная тоска; Жизнь ненавистна, но и смерть тяжка. Чтобы спастись от этой пустоты, Воспоминаньем иль игрой мечты, Умножь одну или другую ты.

Но я был стар, я многое свершил! Поверьте: не одно лишенье сил, Последствие толпой протекших дней, Браздит чело и гасит жизнь очей!..

И беден тот, кому судьбина, дав И влюбчивый и своевольный нрав, Позволила узнать подробно мир, Где человек всегда гоним и сир, Где жизнь – измен взаимных вечный ряд, Где память о добре и зле – всё яд, И где они, покорствуя страстям, Приносят только сожаленье нам!

Случалось, после я любил сильней, Чем в этот раз; но жалость лишь о сей Любви живет, горит в груди моей. Она прошла, таков судьбы закон, Неумолим и непреклонен он, Хотя щадит луны любезной свет, Как памятник всего, чего уж нет.

Зачем цену утраты на земле Мы познаем, когда уж в вечной мгле Сокровище потонет, и никак Нельзя разгнать его покрывший мрак? Любовь младых, прелестных женских глаз, По редкости, сокровище для нас (Так мало дев, умеющих любить); Мы день и ночь должны его хранить; И, горе! если скроется оно: Навек блаженства сердце лишено. Мы только раз один в кругу земном Горим взаимной нежности огнем.

Когда мы женщину обманем, тайный страх Живет для нас в младых ее очах; Как в зеркале, вину во взоре том Мы различив, укор себе прочтем.

Есть край: его Италией зовут; Как божьи птицы, мнится, там живут Покойно, вольно и беспечно. И прошлец, Германии иль Англии жилец, Дивится часто счастию людей, Скрывающих улыбкою очей Безумный пыл и тайный яд страстей. Вам, жителям холодной стороны, Не перенять сей ложной тишины, Хотя ни месть, ни ревность, ни любовь Не могут в вас зажечь так сильно кровь. Как в том, кто близ Неаполя рожден: Для крайностей ваш дух не сотворен!..

Я жил, я жил и много испытал; Не для корысти я в стране чужой: Могилы тьма сходна с моей душой, В которой страсти, лета и мечты Изрыли бездну вечной пустоты...

Печальна жизнь в могиле золотой. Поверьте мне, немногие из них Могли собрать плоды трудов своих.

Как ветр преследует по небу вдаль Оторванные тучки, так печаль, В одну и ту же с нами сев ладью, Не отстает ни в куще, ни в бою;