Цитаты из книги Самурайша

У кофе в пластиковых стаканчиках вкус ранних вылетов. Эрик и Хисако завтракают в аэропорту невкусными круассанами и соком, который скорее вызовет изжогу, чем взбодрит. Свет неоновых ламп терминала F делает их лица смертельно-бледными.
Уборщик-пакистанец моет пол между столиками, след от его швабры похож на слюну улитки. Громкоговорители приглашают отправиться в путешествие в города мечты. Мимо проезжают тележки, дорогие чемоданы, купленные в «Тати» сумки. Роскошные блондинки, с ног до головы от Шанель, сталкиваются с восточными женщинами под чадрой.
Небо над аэропортом кажется бесцветным. Мужчины и женщины всех рас и национальностей вдыхают один и тот же кондиционированный воздух. Проблемы с языком и законом поджидают пассажиров за стеклянными дверями зала прилета, на стоянке такси и автобусов.

Самурайша, Ариэль Бюто, Япония, Франция, современная литература, любовь, предательство, музыка, талант

Хисако снимает чехлы с роялей. Великолепные «Стейнвеи», мечта любого пианиста, были куплены прямо на заводе в Гамбурге. Каждому по роялю, на случай расставания. Хисако мгновенно спохватывается, корит себя за эту мысль. Все не так плохо! Впрочем, Эрик накопил столько книг, пластинок, написанных его друзьями картин, что раздел имущества попросту невозможен. Да и потом, куда бы она пошла? "Я остаюсь, потому что не знаю, куда идти, — думает Хисако. — Нет, это гнусность. Я остаюсь, потому что люблю его, потому что он все для меня делает, потому что нам выпал уникальный шанс — быть мужем и женой и искать исполнительского совершенства. Я не хочу его покидать. Мне просто нужен глоток свежего воздуха. Хоть иногда прожить день так, как мне этого хочется, не репетировать только в те часы, которые выбрал для этого Эрик. Но ведь с ним не поспоришь, любое замечание или предложение он воспринимает как угрозу. Уйди я, Эрик нашел бы меня, и у нас наконец появился бы шанс поговорить откровенно. Нет. Эрик просто сразу умер бы, не надеясь, что я вернусь. Моя власть над ним безгранична. Я — единственная семья Эрика, хотя его отец еще жив. Мизантроп, затворник, живущий в средневековой башне в Тоскане. Эрик тоже приносит жертвы ради меня. Он отказался от места преподавателя в Германии. У него нет от меня никаких секретов, он думает только обо мне, все, что он делает, он делает ради нас двоих. Я не имею права жаловаться и быть неблагодарной. Никто раньше не любил меня так сильно. Я могу обшарить все его коробки и не найду никаких секретов, ни одной фотографии, которую бы не видела, ни одного письма, которое заставило бы меня ревновать. А он в первой же коробке наткнулся на эти ноты — доказательство того, что я не принадлежу ему безраздельно. Неужели я заставлю страдать бесконечно преданного мне человека из эгоистического удовольствия поработать над произведениями, которые все равно никогда не сыграю в концерте?"