Отзывы о книге Дочь Горгоны

  • Аватар пользователя
    BlackGrifon
    2 января 2026

    Не смотри в глаза чудовищ

    Что самое страшное чудовище – это человек, стало ясно, когда развеялось мифологическое сознание. Своеобразную вариацию этой мысли разрабатывает Оксана Заугольная в романе «Дочь Горгоны». В алтайском заповеднике писательница выделила мистическое местечко, куда со всего мира слетаются потомки мифологических чудовищ. И живут там под присмотром сурового директора, стараясь, чтобы обычные люди их не слишком беспокоили. Но двое московских студентов решают безжалостно нарушить мирную жизнь Приюта…

    Оксана Заугольная написала смелый кроссовер, где играет с читательскими ожиданиями. Сколько загадочных домов с башнями, где живут странные подростки со сверхспособностями, мы знаем в мировой культуре? Сходу вспоминается школа профессора Ксавье для юных мутантов, придуманная Стэном Ли. Писательница идет по той же схеме. Отпрыски разнообразных чудовищ взрослеют, под руководством директора учатся пользоваться своими способностями и испытывают вполне себе человеческие чувства и эмоции. И у директора, конечно же, есть своя темная тайна.

    В романе создан уникальный и очень подробный мир. К описанию каждого персонажа автор подходит тщательно, с широкой палитрой красок, даже пытается объяснить сверхъестественную физиологию, насколько позволяет фантазия, чтобы добиться тактильной правдоподобности. И когда в сюжет вторгается совсем сказочная мистика, связанная с бродячим сюжетом о грешнике, не могущем обрести покой, этому доверяешь с такой же искренностью, как и квазинаучным объяснениям.

    Надо сказать, что природным реалиям Оксана Заугольная уделяет меньше внимания, хотя складывается эпичная картинка из гор, болот, еле заметных тропинок, порожистых рек и заснеженных оврагов. Ландшафты нужны ровно настолько, чтобы создать препятствия для персонажей, обрисовать опасные зоны, где обостряются переживания.

    События романа поначалу складываются как романтичная история, где есть центральная харизматичная героиня Солунай – взрослеющая горгона, строптивая, но чуткая к чужим проблемам. Ее оттеняет друг-трикстер Бануш, отвечающий за юмор и бесшабашность. По трафарету в этом мире объявляется московский домосед Никита, сразу же влюбляющийся в Солунай и добивающийся ее взаимности.

    Но Оксана Заугольная постепенно развеивает ожидания сентиментальной сказки. Никита и его друг Паша оказываются трусливыми и жестокими, одержимыми лишь желанием острых ощущений и готовых почти не задумываясь убивать живых существ – потому что они чудовища. Молодые люди выходят на беззаконную охоту. Здесь есть не только напряженные психологические сцены, но и довольно откровенное насилие, кровь, смерть, чтобы читатель прочувствовал, насколько всё реально и болезненно, несмотря на фантастические формы.

    Отношения центральной пары изначально хоть и похожи на привычные ситуации подростковой прозы, но резко меняют тональность во второй половине книги. Алчность, коварство, лживость начинают разрастаться в Никите. И мортальный финал совсем не похож на многочисленные романы, где подростки из разных миров обретают счастье, пройдя испытания, осознав ценность жизни и приняв различия. Писательница куда ближе к мифам и народным сказкам до того, как их коснулась рука сердобольного редактора.

    Вопрос же самоидентификации, смело заявленный в романе, вроде бы не получает определенного разрешения. То, что цивилизованные люди (а есть еще фоном местные обитатели, которые не нарушают границ сосуществования с Приютом как выразителя природных стихий) способны уничтожить ради потехи всё, что им непонятно – мысль не новая. Гораздо интереснее наблюдать за самим чудовищами, осознающими свои губительные силы. И это сознание их психически угнетает. Только очерченные границы обитания не позволяют им стать злом. Над этой позицией Оксаны Заугольной еще хочется размышлять и искать этическое предназначение.

    like13 понравилось
    143

Комментарии 0

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.

Комментариев пока нет

Комментариев пока нет,
ваш может стать первым