Отзывы о книге Диоген. Человек-собака
apcholkin2 февраля 2025Диоген не может стать волком
В словах Диогена: «Я не хочу подражать богам, я хочу подражать собакам! Вот кем я хочу стать: не знающим устали животным, способным вынести все лишения и радующимся пустякам»* – есть логический изъян: человек может подражать собакам, но он не может стать собакой. Человек, не живущий отшельником в диком лесу, включён в общество и не может быть свободен от него, даже если он Диоген. Человек не может быть свободен и от человека в самом себе. То есть человек не может быть собакой. Да и собака не свободна от людей, потому что иначе её называют волк. Есть одичавшие собаки, тогда Диоген, живущий в Афинах и декларирующий: «Вперёд, к собакам!» – одичавший человек. Может, лучше сразу на деревья?Диоген, подражающий собаке, значит, питается, как собака: едой, данной или отброшенной или оставленной человеком. Он не отказался полностью от удобств, которые приносит жизнь среди людей, но декларирует, что надо отказаться от всего этого и что его наставница – природа: «Это она мне подсказывает, когда мне есть, пить или спать. В остальном я никому не подотчётен, я сам себе хозяин. У афинян есть прекрасное слово, оно указывает на это состояние достаточности – автаркия. Я совершенно свободен…» Теперь внимание, смотрите на руки Диогена и слушайте слова Диогена: он называет себя царём, потому что он «никому не подотчётен, сам себе хозяин, совершенно свободен, а кто может быть свободнее царя?» Увы, нет никого зависимее царя, и зависимость эта – уж точно не от той природы, которая трава и ручьи и шёпот ветерка, и далеко не только от той природы, которая человеческое естество. Наставница Диогена – природа – не знает ни царей, ни эллинов, она даже не знает, что такое «свобода». А Диоген не царь и не собака, он – демагог. И тогда общество, раздражённое Диогеновыми криками и суждениями, сбивающими с толку неокрепшие души молодых греков, которые всё-таки нужны обществу, говорит ему: «Собаке – собачья смерть». Общество не желает отказываться от удобств, которые создали из австралопитека человека, а труд и есть создание удобств.
Если же Диоген стал как собака и живёт в Афинах как собака, но разглагольствует как демагог, то плохо всем – и обществу, и неокрепшим душам. Сдаётся, что не совсем хорошо и Диогену, подражающему собаке, хотя он себя приучал.
Философская проблема еще и в том, что Диоген, говоря о том, что он собака, разглагольствует на человеческом языке. Собаки не ведут философских речей. Диоген разглагольствует и этим проявляет едва ли не важнейшие отличия человека от животного – мышление, рассуждение, речь, демагогическую речь. Чтобы стать по-настоящему собакой (идейно, конечно, морфологически не получится) Диогену надо лишиться этих способностей, и для этого ему мало впасть в безумие: безумный остаётся человеком. Диогену, действующему последовательно и непротиворечиво на пути к собаке, нужно уничтожить деменцией свой человеческий разум и человеческую речь (от стыдливости он уже избавился) – чтобы в нём остались только инстинкты, чтобы к нему вернулись животная агрессивность и животный страх. Как ему этого добиться? Воздействием каких веществ или практик? Я не знаю. Диоген не знает.
Диоген принимает мой аргумент и объявляет афинянам: «Я не демагог, я не подражающий собаке, я – Диоген, желающий стать настоящим волком, поэтому я ухожу в горы, чтобы освободиться от разума и речи, чтобы быть диким, необузданным и свободным!» Свободным от чего? От голода, холода и других диких животных? От смерти? Странный ты человек, Диоген! Ты не собака, ты не будешь волк, ты просто юродивый человек-демагог, и ответь, почему ты стал таким? Ума тебе не занимать, но почему ты так ленив, что питаешься пищей, данной или отброшенной или оставленной человеком работающим или властвующим? Почему ты не добываешь хлеб свой в поте лица своего или в усилиях хитрости своей?
Диоген не слушает, он уходит в горы, обрастает шерстью, ест личинок и червей, постепенно научается ловить мышей и рыб голыми руками и грызть их зубами, выплёвывая шерсть и чешую. В его голове перестают ходить воспоминания, перестают появляться мысли, он забывает язык, он бросается на людей или убегает от них, он становится волком… Не верю. Тем более, когда речь идёт о Диогене. (В)рождённый ползать, летать не может. Рождённый человеком, стать зверем не может… если он не маугли. Диоген может стать почти зверем, как зверь или хуже зверя, но он не может стать зверем, потому что он не зверь и у него есть мозг человека, который даже в крайней стадии деградации остаётся мозгом незверя, и если мозгу Диогена суждено стать мозгом не человека, то это будет мозг овоща. (Не слишком ли демагогично я задвинул?)
Демагогия Диогена (диогогия демагена))) не знает границ! Объявляя себя собакой, или как собакой, или стремящимся к собаке, он ходит по улицам Афин с фонарём, факелом, свечой, лучиной – в поисках человека! Ищущий человека со свечой – не может не быть человеком. Диоген, так кто же ты – собака или человек? Ты застрял между человеком и собакой. Если ты уйдёшь дичать в пелопонесские горы, ты застрянешь «между собакой и волком».
Баранкин, будь человеком!
------------------ *) Все цитаты – из текста этой книги, и понятно, что они – не дословные цитаты из трудов Диогена Синопского. И вообще, история, рассказанная в книге, есть адаптированное к серии «Платон и Ко» изложение философии киников. Я понял эту философию из этого изложения вот так. Явно упрощённо и невпопад. А может, вообще не понял.
13 понравилось100
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым