
Иногда с языка срываются слова, о которых потом мы, вероятно, сожалеем. Или нет, не сожалеем. Мы рубим сплеча, а собеседники проносят наши слова через всю свою жизнь.
Герман Кох для меня совершенно новый автор, который попался в мои руки по воле случая. Я в основном предпочитаю литературу двадцатого века или же отдельных авторов века девятнадцатого, что касается современников-современников, то за редким исключением берусь за такое. И вот я начинаю читать... Роман "Ужин" вызывает противоречивые впечатления и мысли, которые параллельно не отстают от каждой новой строчки. Входя в этот пафосный ресторан вместе с героями книги, мы можем немного облокотится на спинку стула и насладиться циничными и саркастическими колкостями главного героя на весь окружающий мир. Но слайд шоу продолжается, а ужин перестает быть томным. Книга выделяется на фоне других своей холодностью и бескомпромиссностью, роман, который невозможно забросить, желание дочитать будет постоянно тыкать вас в бок. Кто-то сказал, что этот роман, как этакое пятно Роршаха, в котором каждый увидит свое. И я под этими словами подпишусь!

Комментарии 9
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
А мне нравится, когда книга вызывает противоречивые впечатления, не дает ответы на все вопросы, тем самым заставляет задуматься, а Кох, я подозреваю, вообще обладает особой способностью, что от его книг невозможно оторваться.
И мне нравятся, я полностью согласен и с вами, и с тем, что как-то написал Кафка.
Я думаю, что мы должны читать лишь те книги, что кусают и жалят нас. Если прочитанная нами книга не потрясает нас, как удар по черепу, зачем вообще читать ее? Скажешь, что это может сделать нас счастливыми? Бог мой, да мы были бы столько же счастливы, если бы вообще не имели книг; книги, которые делают нас счастливыми, могли бы мы с легкостью написать и сами. На самом же деле нужны нам книги, которые поражают, как самое страшное из несчастий, как смерть кого-то, кого мы любим больше себя, как сознание, что мы изгнаны в леса, подальше от людей, как самоубийство. Книга должна быть топором, способным разрубить замерзшее озеро внутри нас. Я в это верю.
© Франц Кафка, письма.