Отзывы о книге Stabat Mater
VasilyTyukhin18 ноября 2022Шокирующее разочарование: как из потенциально хорошей книги сотворить монструозный опус
Нравятся мне названия на латыни — свидетельствует о культурном уровне автора.
Главное — верить автору, и тут все начинается как надо, с первых страниц становится понятно, что автор знает не понаслышке то, о чем пишет: детские хосписы, боль и страдание. Более того, автор ставит сложные проблемы этического и морального плана, проверяет прочность религиозных воззрений персонажей, отыскивает корни этих вопросов в жизни первохристиан, сталкивавшихся с такими же вопросами: зачем Бог допускает страдания и смерть детей?
Это задает определенный уровень, и автор вполне справляется, это интересно, написано со знанием дела, и вовлекает в чтение, прощаешь даже явно сконструированные типажи: медсестру, обладающую даром принимать на себя чужую боль, ученого фрика-затворника, страдающего от алгофобии и так далее. Отношения между сотрудниками хосписа, страдания детей, это все настоящее, такое не придумаешь. Рукопись, которую расшифровывает ученый — все связано, все в тему, все обещает настоящую прозу. Автор явно медик, он в теме, он культурен, образован, может рассказать что-то интересное на хорошем уровне.
И вдруг раздается скрежет, грохот, и все рушится — проза вянет, превращаясь в дешевую беллетристику ровно на том месте, где американские мануалы велят вставлять первый поворотный пункт, или, по-другому, инициирующее событие — завязку сюжета.
До этого, впрочем, и так было понятно, что болезнь, от которой страдают дети, выдуманная, нет такой болезни на самом деле, и выдумана она, чтобы обострить настоящий конфликт романа: это пандемия неизвестной болезни, от которой страдают только дети и подростки, лечения от нее нет, и все неизбежно умирают в страшных муках, от боли. И надо всем, включая одного из героев, священника церкви при хосписе, ответить на вопрос: а дети-то за что? Если Бог всемогущ и милосерден, то почему дети умирают от ужасной боли? Как он это попускает? И на те же вопросы пытались ответить первые христиане две тысячи лет назад. Мало вам такого конфликта?
И вот в культурной прозе вдруг раздается какой-то кряк: это вставляются штыри для искусственного и политически тенденциозного конфликта, совершенно внешнего по отношению к содержанию романа. Оказывается, действие происходит в России в некоем недалеком апокалиптическом будущем, и суть конфликта в том, что Путин (или другой российский будущий президент, фамилия не называется) решил убить всех детей, причем самым садистским образом, чтобы они погибли в страшных мучениях без медицинской помощи. Все хосписы, в которых детям давали обезболивающее, закрывают, детей отправляют по домам к родителям, а родители, естественно, облегчить их мучения не смогут, поскольку это сплошные наркотики, сами понимаете. Мотивируется это тем, что так удастся скрыть от общества огромное число заболевших и умирающих детей. Ну, в этой стране всегда так делают.
Это вызывает не просто недоумение, а вводит читателя в ступор: автор, вникающий в тонкости религиозных доктрин, человек явно не глупый, врач, образованный и интеллигентный, вот это все пишет с самым серьезным видом.
Невольно представляется такая картина: приносит автор рукопись в редакцию Шубиной, а опытнейший редактор, ознакомившись с ней, говорит: - ну, мол, это все хорошо, культурно, написано вполне прилично, но кто будет это читать? Как мы это будем продавать? Греки какие-то древние, рассуждения всякие. Народу нужен конфликт, сюжет, а нам надо устроить хайп, чтобы продажа пошла. Давайте так: мы вам объясним, что надо добавить и что изменить, тут работы немного, легко справитесь. А мы издаем, продвигаем на литературные премии и, само собой, продаем. Договор, гонорар и так далее.
И вот изумленному автору объясняют: действие должно происходить в условиях хаоса и апокалипсиса, который неизбежно ожидает Россию при нынешних властях в самом ближайшем будущем, злонамеренные власти хотят зверски поубивать больных детей, а герои будут сопротивляться, вот и конфликтик обозначился. Совсем другое дело. А вокруг будут гореть дома, вкладчики будут штурмовать банки, рубль будет падать в бездонную пропасть с тонким затухающим криком. Патриарх — лицемерный негодяй, будет содействовать властям в их мерзких замыслах, ну и так далее. Вот это — совсем другое дело будет. Можно сразу на все ежегодные премии выдвигать.
Автор — человек, находящийся в ущербной позиции. Можно послать редактора (редакторшу, редакторицу, редакторессу? - как сейчас толерантно надо писать?) куда подальше, но тогда автор так и останется никому не известным автором, у которого в компьютере лежат несколько файлов. А хочется и гонорара, и внимания читателей, и премий тоже хочется — ну так уж авторы устроены!
И автор старается, но, надо отдать должное, складывается впечатление, что вставки эти были сделаны с большой неохотой, под страшным нажимом. Вот у священника загорается дом, а он стоит в саду и смотрит вдаль. Ему говорят: ваш дом горит, а он в ответ: ну да, вон уже пожарные приехали. И идет обратно в церковь.
Прямо так и видится диалог с редактором: - ну мы же просили поярче, пожары, хаос и все такое! А у вас? - А что я напишу? Герой стоит в саду, повествование от его лица, как же я буду описывать ужасы пожара? Он издали посмотрел, и ладно. И как бы всем становится понятно, что пожары - это обычное дело, все привыкли. Такой вот ужас творится. Что я еще могу добавить?
Редактор настаивает: - А финансовый кризис? Убийства вкладчиков в очередях у банков? - Так вот же, я написал, что героиня приходит, а ее спрашивают: ну что, мол, вчера весь день в банке дралась? А ей не до того, у нее другие проблемы. И вот еще: врач, спускаясь по лестнице, говорит: да, мол, рублю кирдык, некурабельный у нас рубль. Куда же еще понятнее? Все прозрачно. Кризис, крах, хаос.
И редактор, махнув рукой на непонятливого автора, берет книгу в работу — ладно, хотя бы готовящееся массовое убийство детей освещено как надо, и Патриарх получился исключительной сволочью, одно удовольствие читать. Рядом с книжкой про поезд с голодными детьми и про то, как всех привычно расстреливают в рутинном порядке в этой стране ни за что, и на премию выдвинем и в продажу поставим, пойдут в комплекте.
Когда в живое тело романа вставляют идеологические штыри, вставляют грубо, без наркоза, а потом привязывают веревочками конечности, чтобы не болтались, получается монстр. Такого даже при советской власти не делали в издательствах — «а напишите вот тут, как всем живется все лучше и лучше, и цитату из Ленина вставьте». Хотя, может, в 30-е годы про троцкистов и вставляли, но это было давно, и в литературе совсем уж низкого уровня. А этот текст обещал немного больше.
Когда тенденция проявилась, то как-то сразу вся правдивость поблекла, и стало заметно, что и герои, в общем-то, выдуманные, картонные по сути, переживания у них ненастоящие, диалоги немного того... сериальные, в общем. То, что держало роман с самого начала — знание фактуры, правдивость, куда-то сползло, утратив связь с реальностью и обнажив ржавый пропагандистский каркас. Все развалилось. Ненастоящее оно все оказалось.
А может быть, и не было никакого насилия со стороны редактора, а автор сам, добровольно написал так с самого начала, поскольку знал, что именно нужно редакции Шубиной. Тогда все еще хуже. Грустно, девушки. В будущем вполне обычным может стать диалог: - Современная русская литература? Вы о новой книге, получившей премию? Это та, в которой толстый пьяный потный энкаведешник расстреливает для развлечения голодных измученных интеллигентов? - А что, вы уже читали? - Нет, не читал. Да я другие читал. Какая разница?
PS Спойлерить не буду, но намекну, что там, как, как я и думал, чудесное соответствие американским стандартам. Тотальный хэппи-энд. Героям, взявшимся за неравную борьбу, помогли журналисты из ТВ канала "Ветер", (до этого правду им сообщали по радио "Голос Москвы"), народ узнал правду, режим президента-диктатора немедленно рухнул, поскольку был гнилым, и для завершения картины полного незамутненного счастья главные герои перебираются в Израиль, хотя они и православные. Даже православным в Израиле, где волшебное молоко по домам развозят таинственные белокурые ангелы, гораздо лучше, чем в России.
Нет, я был неправ, автор не вставлял в готовую книжку политические месседжи по чужой указке, скорее всего, он сам все это написал. Автор - настоящий врач, специалист, он прекрасно разбирается в религиозных вопросах, поэтому страдания детей в хосписе и пластиковые сабо на ногах у медсестры - настоящие, цитаты из Писания и подрясник у священника тоже настоящие, а все остальное - насквозь фальшивое. Грустно.
17 понравилось396
Комментарии 1
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.