Item: Яма
Rating: 5
Author: Lisena

9 сентября 2013

Книга меня не отпускает, больше недели перелистнула последнюю страницу, а мысленно все возвращаюсь к ней. Автору удалось написать произведение, цепляющее за живое, открывающее в каждом персонаже жизнь и трагедию. И вроде бы и место для своих героев выбрано негероическое - публичный дом - и контингент обывателей не слишком ярок, у каждого за душой спрятан камень или грешок. Но написано об этом очень деликатно, будто бы автор сам хотел разобраться откуда в каждом персонаже столько моральных и нравственных сил? откуда черпают их преимущественно дети - обитательницы дома терпимости Анны Марковны? что заставляет деревенских девчушек, не знающих жизни, жить в борделе на рабских условиях? почему этот бизнес существует? Точку зрения автора можно услышать из уст редактора С. И. Платонова, наблюдающего эту жизнь изнутри и мечтающего написать об этой неприглядной стороне очерк. Платонов не собрался записать свои мысли, а вот Куприну эту удалось. В его публичном доме обитают, жизнью назвать это сложно, женщины,преданные и оскверненные с самого детства. "Судьба толкнула их на проституцию, и с тех пор они живут в какой-то странной, феерической, игрушечной жизни, не развиваясь, не обогащаясь опытом, наивные, доверчивые, капризные, не знающие, что скажут и что сделают через полчаса - совсем как дети. Эту светлую и смешную детскость я видел у самых опустившихся, самых старых девок, заезженных и искалеченных, как извозчичьи клячи. И не умирает в них никогда эта бессильная жалость, это бесполезное сочувствие к человеческому страданию..." В судьбе каждой из них был надлом, нужда и легкий способ заработка, нравственность и брезгливость их забыта, им проще смотреть на мир из окошка публичного дома, на улице их не ждет ничего хорошего. В ежевечерних сценах в большом зале у них на глазах разыгрывают спектакли робкие, стесняющиеся, наделенные властью, амбициозные люди, которые не чураются обмана ради исполнения своих прихотей. Ночное посещение дома терпимости студента Лихонина с компанией могло бы изменить судьбу Любы, но студент смалодушничал, поддавшись на уговоры и доводы. Лихонин забрал к себе Любу, пытался обучить ее, достать ее паспорт вместо желтого бланка, но уже спустя неделю он жалел о своем решении, Люба его раздражала и его минутный порыв казался ему глупостью. Люба вернулась обратно, ее возвращение совпало с душевным кризисом у самой характерной обитательницей Женьки, узнавшей, что она больна сифилисом. Женька и Тамара две личности в полутемном борделе. Только Женька оказалась слабее морально, узнав о своей болезни она приняла решение как можно больше мужчин заразить. В ней так говорила обида на свою судьбу, единственный раз Женька сделала настоящий поступок, выгнав влюбленного в нее мальчишку. Она искала душевные силы, пыталась вырваться из этого болота, но поняв что неминуемо утонет, решилась на самоубийство. И только после трагической смерти ярой Женьки автор называет настоящие имена обитательниц, рассказывает о том как сложилась судьба у каждой из них и постояльцев. Вот тогда-то и удивила малозаметная Тамара в которой скрывался твердый характер и несломленные идеалы, цель. Жаль только, что ни к чему хорошему это не приводит. За этими сломанными судьбами автор пытается рассмотреть людей, показать их поступки и еще раз посетовать на неискоренимость данного ремесла, заставить читателя задуматься об этом вопросе всерьез. Всё это рассказано деликатно, насколько это возможно, я бы сказала полушепотом и с сожалением на ушко читателю. Кстати, книга экранизирована.

Пока будет собственность, будет и нищета. Пока существует брак, не умрет и проституция. Знаешь ли ты, кто всегда будет поддерживать и питать проституцию? Это так называемые порядочные люди, благородные отцы семейств, безукоризненные мужья, любящие братья. Они всегда найдут почтенный повод узаконить, нормировать и обандеролить платный разврат, потому что они отлично знают, что иначе он хлынет в их спальни и детские. Проституция для них – оттяжка чужого сладострастия от их личного, законного алькова. Да и сам почтенный отец семейства не прочь втайне предаться любовному дебошу. Надоест же, в самом деле, все одно и то же: жена, горничная и дама на стороне. Человек в сущности животное много и даже чрезвычайно многобрачное. И его петушиным любовным инстинктам всегда будет сладко развертываться в этаком пышном рассаднике, вроде Треппеля или Анны Марковны. О, конечно, уравновешенный супруг или счастливый отец шестерых взрослых дочерей всегда будет орать об ужасе проституции. Он даже устроит при помощи лотереи и любительского спектакля общество спасения падших женщин или приют во имя святой Магдалины. Но существование проституции он благословит и поддержит.