«— Да. Человек умирает, а кровать остается. Дом остается. Вещи остаются. Или, может быть, их тоже следует уничтожать?— Нет, если человек к ним равнодушен.— Их вообще не нужно уничтожать, потому что все это не так важно.— Не важно? — Шварц опять обратил ко мне расстроенное лицо. — О, конечно! Но скажите мне, пожалуйста, что же еще остается важного, если вся жизнь уже не имеет значения?— Ничего, — ответил я, зная, что это было и правдой и неправдой. — Только мы сами придаем всему значение.Шварц быстро отпил глоток темного вина из бокала.— А почему бы и нет? — громко спросил он. — Почему бы нам не придавать всему значение?— Ничего не могу ответить. Все это было бы глупой отговоркой. Я сам считаю жизнь достаточно важной.»
bastilleee4 июля 2026«— Да. Человек умирает, а кровать остается. Дом остается. Вещи остаются. Или, может быть, их тоже следует уничтожать?— Нет, если человек к ним равнодушен.— Их вообще не нужно уничтожать, потому что все это не так важно.— Не важно? — Шварц опять обратил ко мне расстроенное лицо. — О, конечно! Но скажите мне, пожалуйста, что же еще остается важного, если вся жизнь уже не имеет значения?— Ничего, — ответил я, зная, что это было и правдой и неправдой. — Только мы сами придаем всему значение.Шварц быстро отпил глоток темного вина из бокала.— А почему бы и нет? — громко спросил он. — Почему бы нам не придавать всему значение?— Ничего не могу ответить. Все это было бы глупой отговоркой. Я сам считаю жизнь достаточно важной.»3