Дизайнер обложки Mel RedWolf
© Mel RedWolf, 2022
© Mel RedWolf, дизайн обложки, 2022
ISBN 978-5-0056-6046-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Погребальная песнь
Тихо, безбрежно,Скомкано, рвано,Шепчет слова своиВетер туманно.
Искорки красноречия —То лишь заносчивости откровения.Лучше молчать —Целее останешься.
Тихо, в гробу и бурьяне, однако,Мягко, как будто пуховой постелиРуки заботливые уложили.
Чей-то лишь голос заводит мотив,То погребальная песнь звучит.
Девушка веснаДевушка – весна,Таинственна, нежна,Её порывы вечны,Мгновенья бесконечны.И устремиться, рядом,Чтоб быть и без оглядкиУмчаться в даль однаждыПод звонкий сладкий смех,Но что она, девчонка?Нужны ли ей те мысли,Что полнят разум зрелый,Когда не понаслышке,О юности мечтают,Степенны старцы, мудры,Усаты знатны мужи,Когда в той самой юностиПо щиколотки в илешагать и без калошейЛюбилось вместе с удочкой.Когда приятель дружныйБыл крепче, чем булыжник,Был тверд он в слове, в думе,Держал совет ответственный.Но нужен ли такой, уже не мало мудрый,Суровый, чуть нахмуренныйНаученный мирскойРутинно-непременной рабочей колеей.Но нужен ли он, стойкий,Как дуб перед ветрами,Он, может и угрюмый,Но по своей натуре,Уверенный и твердыйВо слове и делах.Быть может неуклюжий,Но от холодной стужиОн ведь пригреет дюже,Чем щуплый молодняк.Но будет ли столь звонкоЗвенеть апрельской речкойРечь маленькой девчушкиВ его больших руках?
Девушка – весна,Таинственна, нежна,Её порывы вечны,Мгновенья бесконечны.
И устремиться, рядом,Чтоб быть и без оглядкиУмчаться в даль однаждыПод звонкий сладкий смех,
Но что она, девчонка?Нужны ли ей те мысли,Что полнят разум зрелый,Когда не понаслышке,
О юности мечтают,Степенны старцы, мудры,Усаты знатны мужи,Когда в той самой юности
По щиколотки в илешагать и без калошейЛюбилось вместе с удочкой.
Когда приятель дружныйБыл крепче, чем булыжник,Был тверд он в слове, в думе,Держал совет ответственный.
Но нужен ли такой, уже не мало мудрый,Суровый, чуть нахмуренныйНаученный мирскойРутинно-непременной рабочей колеей.
Но нужен ли он, стойкий,Как дуб перед ветрами,Он, может и угрюмый,Но по своей натуре,Уверенный и твердый
Во слове и делах.Быть может неуклюжий,Но от холодной стужиОн ведь пригреет дюже,Чем щуплый молодняк.
Но будет ли столь звонкоЗвенеть апрельской речкойРечь маленькой девчушкиВ его больших руках?
НеизведаннаяТвоей души привычная тоска,Мила, чиста и безупречна.Подобных ей в других я не встречал,Да вряд ли и сумеется,Ведь глаз не отвести,Ведь ни на миг не отвернуться,Вдохнуть, затихнуть и моргнуть,Лишь ужаснуться мигу мрака,Ведь новый взгляд полон тоски,Прикрытой маской очарования.Короткий вздох. Улыбка меркнет,Как пеленою заслоненный камень,Сиять он будет ярче всех,Но для немногих не пустышка.Среди хлопот и новостей,Сквозь гул дорожный, сохраняя,В себе несу тебе ответНа тот вопрос, что задан на прощание.Но не скажу тебе ничто,Не дрогнет линию губная,Не выдадут меня глаза,Ведь это наша только тайна.Кто в этой жизни стал смертельным,Врагом, быть может, палачом,Кто в миг чудесного цветения,Навеки, счастье уволок.Закрыл его, но не в темнице,Сокрыл, как драгоценный клад в недрах,Да только не укрыл понынеОт чутких, редких в сих мирах.Но лишь молвы отзвонит час,Лишь тишь прощального свиданияОтступит, словно солнце в часЗакатного последнего касания,Тогда спадут с прикрытых глазОчки, а с глаз оковы маски,Тогда, как будто бы в последний раз,Ветер нашепчет кто – избранник.
Твоей души привычная тоска,Мила, чиста и безупречна.Подобных ей в других я не встречал,Да вряд ли и сумеется,
Ведь глаз не отвести,Ведь ни на миг не отвернуться,Вдохнуть, затихнуть и моргнуть,Лишь ужаснуться мигу мрака,
Ведь новый взгляд полон тоски,Прикрытой маской очарования.Короткий вздох. Улыбка меркнет,Как пеленою заслоненный камень,
Сиять он будет ярче всех,Но для немногих не пустышка.Среди хлопот и новостей,Сквозь гул дорожный, сохраняя,
В себе несу тебе ответНа тот вопрос, что задан на прощание.Но не скажу тебе ничто,Не дрогнет линию губная,
Не выдадут меня глаза,Ведь это наша только тайна.Кто в этой жизни стал смертельным,Врагом, быть может, палачом,
Кто в миг чудесного цветения,Навеки, счастье уволок.Закрыл его, но не в темнице,Сокрыл, как драгоценный клад в недрах,
Да только не укрыл понынеОт чутких, редких в сих мирах.Но лишь молвы отзвонит час,Лишь тишь прощального свидания
Отступит, словно солнце в часЗакатного последнего касания,Тогда спадут с прикрытых глазОчки, а с глаз оковы маски,
Тогда, как будто бы в последний раз,Ветер нашепчет кто – избранник.
КошмарЯ проснулся когда-то в ночи.Капли пота бежали, как градины.Моё тело дрожало, озноб бил,Сотрясая частицы сознания.Это я был или другой,Тот, что скрывается в мраке и хладе,Что таится, средь древ и теней,Словно тайный убийца,Посланник страдания.Новый вдох,Руку к сердцу ложу я,Мерить пульс стало слишком привычно.Бьётся он, словно заперта птица,В жестяных прутьях клетки-спицы.Но сбыться?Что будет, если это не сон?Кошмар надвигался со всех сторон.Не скрыться.Поздно молиться,Когда все нутро кинжалами потрошит.Крик не спешит облачаться в звук,Нет осознания смерти,Но что же тамУ окна тихо злится?
Я проснулся когда-то в ночи.Капли пота бежали, как градины.Моё тело дрожало, озноб бил,Сотрясая частицы сознания.
Это я был или другой,Тот, что скрывается в мраке и хладе,Что таится, средь древ и теней,Словно тайный убийца,
Посланник страдания.Новый вдох,Руку к сердцу ложу я,Мерить пульс стало слишком привычно.
Бьётся он, словно заперта птица,В жестяных прутьях клетки-спицы.Но сбыться?Что будет, если это не сон?
Кошмар надвигался со всех сторон.Не скрыться.Поздно молиться,Когда все нутро кинжалами потрошит.
Крик не спешит облачаться в звук,Нет осознания смерти,Но что же тамУ окна тихо злится?
Тернии судьбыЯ читал в этой жизни стихиПестро-красочный хоровод,Словно в заповеди были гвозди,Словно в поле застывший герой,Словно каменное изваяние,Навсегда свои очи закрыв,Шепчет нам свое иносказаниеО том дне, когда будем на ты.Грусть безбрежная, окаяннаяВ гости снова идёт с гостинцем,Я бы проклял её, но когда быЭто не был мой вечный призыв.Улыбаюсь я ей украдкой,Любоваться пристало другимТонкостью черт антично прекрасных,Сильным профилем женской судьбы.Я б простил ее, если бы думал,Что погибели свет не таитВ этом странном пути, горемычная,Что на душу сложила букет.И когда дождь ударит о стекла,Я вздохну, чуть припомнив себя,Настежь ставни запру,Хладным топотом скажет осень мне,Что конец.Тем денькам, что бывали и жаркими,Где я был глупцом до беды,Где я пил с ее губ признания,Жарким лезвием лжи бередим.И придет под полы послание,Тех забытых когда-то дней,Где шептал я ей «ненаглядная»,Пораженный пикой в весь хребет.Только призраки тех свиданийНе расскажут, где в них был тот грех,За который проклянут АллахомТвой рождения первый рассвет.
Я читал в этой жизни стихиПестро-красочный хоровод,Словно в заповеди были гвозди,Словно в поле застывший герой,
Словно каменное изваяние,Навсегда свои очи закрыв,Шепчет нам свое иносказаниеО том дне, когда будем на ты.
Грусть безбрежная, окаяннаяВ гости снова идёт с гостинцем,Я бы проклял её, но когда быЭто не был мой вечный призыв.
Улыбаюсь я ей украдкой,Любоваться пристало другимТонкостью черт антично прекрасных,Сильным профилем женской судьбы.
Я б простил ее, если бы думал,Что погибели свет не таитВ этом странном пути, горемычная,Что на душу сложила букет.
И когда дождь ударит о стекла,Я вздохну, чуть припомнив себя,Настежь ставни запру,Хладным топотом скажет осень мне,Что конец.
Тем денькам, что бывали и жаркими,Где я был глупцом до беды,Где я пил с ее губ признания,Жарким лезвием лжи бередим.
И придет под полы послание,Тех забытых когда-то дней,Где шептал я ей «ненаглядная»,Пораженный пикой в весь хребет.
Только призраки тех свиданийНе расскажут, где в них был тот грех,За который проклянут АллахомТвой рождения первый рассвет.
ПризракСоберу я себя по кусочкам,Шаг за шагом,Клочок за клочочком,Словно ножиком вырезанное,Соберу, что сложить не случилось.Будет новое из старого,Отжившее, как дряхлый скелет,Обновится под взглядом мастера,Приобретет новый свет.Части его обратятсяВ пепел, безликий, пустой,Но эти части не надоИспользовать в жизни вновь.Скроен окажется лик,Новый, диковинной чист,Словно хрустальная вазаВ взгляде поселится блик.И на холсте, под рукоюМастер скроит силуэт,Новый, прекрасный и свежий,Призрак былых надежд.
Соберу я себя по кусочкам,Шаг за шагом,Клочок за клочочком,Словно ножиком вырезанное,Соберу, что сложить не случилось.
Будет новое из старого,Отжившее, как дряхлый скелет,Обновится под взглядом мастера,Приобретет новый свет.
Части его обратятсяВ пепел, безликий, пустой,Но эти части не надоИспользовать в жизни вновь.
Скроен окажется лик,Новый, диковинной чист,Словно хрустальная вазаВ взгляде поселится блик.
И на холсте, под рукоюМастер скроит силуэт,Новый, прекрасный и свежий,Призрак былых надежд.
Древний сводПечально мне и равнодушно,Порой, обрушится капель,Как ясный день расчертит взрывом,Гром, разразится, как рассвет.Уйдут мечтания моменты,Словно мотив забытой лиры,Уткнутся хладным носом в рукуДве потаённые ракеты.Сверкание в ночи иль утром,Свет тусклый жадный до тепла.Людей не удивляет чувство,Их дивит действо виража.Когда-то раньше было тише.Шептали слово, словно весМонеты падал в руку подаяния,И слышал человек, как песнь,Свою потягивает птица,Что жизни рада, что поетО сладости вот так проснуться,О даре, что несёт вперёдПо полю перекатистому красок,По глади речки удалой,По пестрому ковру из сказок,Что сохранил для нас леснойВластитель и кудесник леший,Чей дух нашёптывает сны,Кого учили нас по детствуС почтением в сердце не гневить.Но распростерлись вековыеДурные тяжбы, словно сор,Забили головы младые,Чем старше – тем уж меньше прок.Когда бы чаяния душиХотя бы в грош поставить мог,Тогда бы вспомнил лир мотивы,Тогда бы вспомнил свет людской,Души и ума, что прекрасен,Что волен сотворить бы все,Да только это мастерскаяГде заготовка – результат,А лишь делами отмечаетСудьба, что будет нам потом.
Печально мне и равнодушно,Порой, обрушится капель,Как ясный день расчертит взрывом,Гром, разразится, как рассвет.
Уйдут мечтания моменты,Словно мотив забытой лиры,Уткнутся хладным носом в рукуДве потаённые ракеты.
Сверкание в ночи иль утром,Свет тусклый жадный до тепла.Людей не удивляет чувство,Их дивит действо виража.
Когда-то раньше было тише.Шептали слово, словно весМонеты падал в руку подаяния,И слышал человек, как песнь,
Свою потягивает птица,Что жизни рада, что поетО сладости вот так проснуться,О даре, что несёт вперёд
По полю перекатистому красок,По глади речки удалой,По пестрому ковру из сказок,Что сохранил для нас лесной
Властитель и кудесник леший,Чей дух нашёптывает сны,Кого учили нас по детствуС почтением в сердце не гневить.
Но распростерлись вековыеДурные тяжбы, словно сор,Забили головы младые,Чем старше – тем уж меньше прок.
Когда бы чаяния душиХотя бы в грош поставить мог,Тогда бы вспомнил лир мотивы,Тогда бы вспомнил свет людской,
Души и ума, что прекрасен,Что волен сотворить бы все,Да только это мастерскаяГде заготовка – результат,
А лишь делами отмечаетСудьба, что будет нам потом.
Танец в ночиМы танцуем в ночи.Только звезды, одни.Фары гаснут. Огни.Сумрак вечен, а мыЛишь мгновение – смерч,Вспышка – камеры свет,Но подвижен силуэт,Быстр и неуловим.Харизматичен шлейф,То не арфы мотив,То не львиный рык,Вальс струится без оглядки.Не думай не о чем,Что бы значило прежде,Чтобы сбило с пути.Только здесь и сейчасНаш шанс во спасение.Выбрать правильный шаг,Сделать, но не оступиться,Ведь иначе тогдаНам придется разбиться.Словно камень о стеклаМного трещин, но больше осколков.Не собрать и не сосчитать.В небе будет мерцатьЭтот миг, этот час, эта жажда,Что дана, чтобы сражатьИ чтобы сдаваться. Одна,Словно капля на дне.Выпей все без остатка.Я останусь из тех,Кто не волен сбегать,Но повинен сопротивляться.
Мы танцуем в ночи.Только звезды, одни.Фары гаснут. Огни.Сумрак вечен, а мы
Лишь мгновение – смерч,Вспышка – камеры свет,Но подвижен силуэт,Быстр и неуловим.
Харизматичен шлейф,То не арфы мотив,То не львиный рык,Вальс струится без оглядки.
Не думай не о чем,Что бы значило прежде,Чтобы сбило с пути.Только здесь и сейчас
Наш шанс во спасение.Выбрать правильный шаг,Сделать, но не оступиться,Ведь иначе тогда
Нам придется разбиться.Словно камень о стеклаМного трещин, но больше осколков.Не собрать и не сосчитать.
В небе будет мерцатьЭтот миг, этот час, эта жажда,Что дана, чтобы сражатьИ чтобы сдаваться. Одна,
Словно капля на дне.Выпей все без остатка.Я останусь из тех,Кто не волен сбегать,Но повинен сопротивляться.
Обет судьбыНе верю я, что все прошло,Что краски потускнели мрачно,Что небо навсегда заволочено,Что нету лучика прекрасно.Что больше вспять деньки теплаСвой ход не обернут,Что наш обет тот дан зазря,Что счастье – лик туманных мук,Что нам пригрезилось напрасно,Как подарить свое теплоС частицей духа и отрадыЛишь то мираж,Пустынный и несчастный,Как бред на одре смертном.Я не могу принять, смириться,Что биться могут в один тактДве абсолютно разных жизни,Что их сплела судьба за просто так,Чтобы на смех поднять и поглумиться,Когда в жару полночных дремУста сорвут вновь одно имя – его,Твое – в один миг и навеки.Я посылаю птицу к тебе с ответом,Может, в небылицу,Ты скажешь мне уйти,А может и проститься,Но вспомни, величава жрица,Когда-то данный нам обет,Как пели в небе звёздыИ укачивал детей своихРодитель неба месяц-гладенец,Как вся округа в благоговении своёмМолчала, полон миг был тотЗловещести священно ритуалаИ был на нем кровавый знак братимства.Вспомни, как градины багрянцаУпали на руку, ожгли ладонь и вместе единились,Как гулко сердце простучало,Как жизнь на миг остановилась.«Свершилось» клятвоналоженье,Последнее для уз объединение.Припомни же теперь,Под свет лампадный теплый,Откуда эта дрожь и боль,Что все нутро пронзаетИ отчего тоска – незримая кручинаКладет на плечи хрупкиеНавеки крепкий амулет.Проститься иль забыть себя навеки?
Не верю я, что все прошло,Что краски потускнели мрачно,Что небо навсегда заволочено,Что нету лучика прекрасно.
Что больше вспять деньки теплаСвой ход не обернут,Что наш обет тот дан зазря,Что счастье – лик туманных мук,
Что нам пригрезилось напрасно,Как подарить свое теплоС частицей духа и отрадыЛишь то мираж,
Пустынный и несчастный,Как бред на одре смертном.Я не могу принять, смириться,Что биться могут в один такт
Две абсолютно разных жизни,Что их сплела судьба за просто так,Чтобы на смех поднять и поглумиться,Когда в жару полночных дрем
Уста сорвут вновь одно имя – его,Твое – в один миг и навеки.Я посылаю птицу к тебе с ответом,Может, в небылицу,
Ты скажешь мне уйти,А может и проститься,Но вспомни, величава жрица,Когда-то данный нам обет,
Как пели в небе звёздыИ укачивал детей своихРодитель неба месяц-гладенец,Как вся округа в благоговении своём
Молчала, полон миг был тотЗловещести священно ритуалаИ был на нем кровавый знак братимства.Вспомни, как градины багрянца
Упали на руку, ожгли ладонь и вместе единились,Как гулко сердце простучало,Как жизнь на миг остановилась.«Свершилось» клятвоналоженье,
Последнее для уз объединение.Припомни же теперь,Под свет лампадный теплый,Откуда эта дрожь и боль,
Что все нутро пронзаетИ отчего тоска – незримая кручинаКладет на плечи хрупкиеНавеки крепкий амулет.
Проститься иль забыть себя навеки?
«Глаза блестят от слез…»Глаза блестят от слезВ них есть только отчаянье,В них нет сиянья грез,Лишь горько увядание.В твоих глазах печаль,Тоски ли след оставлен?В твоих глазах печаль,То грусть ли расставания?Померкнет встречный взгляд,В ночи звезды мерцание,Погаснет в след уйдя,Забрав последнее желание.Пройдет ни день, ни год,В ночи звезды мерцаниеНе загорится вновь,Лишь новое сияниеВо памятные дни,Во дни, где был счастливым,Зажжется новый свет-Звезды последней длани.Погасший день в дали,Не вспомнится едва ли,Ночные тени мглы,Сокроют все печали.Накроют пеленой,Отринуть боль печали,Помогут позабытьБылой судьбы расплаты.В забвенье разум спит,Забытый и бесстрастный,Не рыщет он бесстрашный,Ни славы, ни миров.Бездумный и спокойный,Безмолвный и пустой.А тело ли едва лиОтправится в тот путь,Ведь тело тлен восславит,Душою обесславит,Цепями наградитТруда шутов незваных.Во истину же стыдДушой познан не станет,А разум дрем пустыхОтринуть не желаетПокуда чист и веченНе будет мир и духТак будет скоротеченВек мысли ярких душ.Но волей безбрежнойПокуда честь вернаБыть может не на вечно,Но сложится мечта,Но воплощенной в миг,Померкнет без следа,Оставшись лишь на вечноВ душе из вечна льда.
Глаза блестят от слезВ них есть только отчаянье,В них нет сиянья грез,Лишь горько увядание.
В твоих глазах печаль,Тоски ли след оставлен?В твоих глазах печаль,То грусть ли расставания?
Померкнет встречный взгляд,В ночи звезды мерцание,Погаснет в след уйдя,Забрав последнее желание.
Пройдет ни день, ни год,В ночи звезды мерцаниеНе загорится вновь,Лишь новое сияние
Во памятные дни,Во дни, где был счастливым,Зажжется новый свет-Звезды последней длани.
Погасший день в дали,Не вспомнится едва ли,Ночные тени мглы,Сокроют все печали.
Накроют пеленой,Отринуть боль печали,Помогут позабытьБылой судьбы расплаты.
В забвенье разум спит,Забытый и бесстрастный,Не рыщет он бесстрашный,Ни славы, ни миров.
Бездумный и спокойный,Безмолвный и пустой.А тело ли едва лиОтправится в тот путь,
Ведь тело тлен восславит,Душою обесславит,Цепями наградитТруда шутов незваных.
Во истину же стыдДушой познан не станет,А разум дрем пустыхОтринуть не желает
Покуда чист и веченНе будет мир и духТак будет скоротеченВек мысли ярких душ.
Но волей безбрежнойПокуда честь вернаБыть может не на вечно,Но сложится мечта,
Но воплощенной в миг,Померкнет без следа,Оставшись лишь на вечноВ душе из вечна льда.
Темная сказкаСтупи на тропу,Где есть след врага.Он не носит ни шкуру, ни меха,Нет на плоти его полос от меча,Не осталось следа от клыка зверя.Он опасен, особенно, для тех,В ком сильна жизнь,Но она же к нему и манит.Словно бабочку ждётВ свои сети паук.Он таится в ночиСловно тайна – незримо.Тебе не уйти,Раз твой шаг был уж в сторону.Тише дыши и слушай зов,Что рождён пульсом эпох.Эта жуткая сказка не навь, но реальность,Его зубы – клыки,Его жертва – его награда.И в его глазах есть лишь отблеск грозы,Бури, что прекратится начавшись.Твой испуг будет длитьсяЛишь пару лиг,Он утянет тебя за собой,За край белого света.Жизнь во мраке ночи,Темной тайной без жаждыК новым битвам внутри,Ведь молчание там – награда,Но дорога ведётК новым жертвам таким,Кому шаг – нет пути обратно.
Ступи на тропу,Где есть след врага.Он не носит ни шкуру, ни меха,Нет на плоти его полос от меча,
Не осталось следа от клыка зверя.Он опасен, особенно, для тех,В ком сильна жизнь,Но она же к нему и манит.
Словно бабочку ждётВ свои сети паук.Он таится в ночиСловно тайна – незримо.
Тебе не уйти,Раз твой шаг был уж в сторону.Тише дыши и слушай зов,Что рождён пульсом эпох.
Эта жуткая сказка не навь, но реальность,Его зубы – клыки,Его жертва – его награда.И в его глазах есть лишь отблеск грозы,
Бури, что прекратится начавшись.Твой испуг будет длитьсяЛишь пару лиг,Он утянет тебя за собой,
За край белого света.Жизнь во мраке ночи,Темной тайной без жаждыК новым битвам внутри,
Ведь молчание там – награда,Но дорога ведётК новым жертвам таким,Кому шаг – нет пути обратно.
ТигрРокот, словно бой,Это отголосок битв.Джунглей яростных брошен зовДиких законов призыв к действию.Только слабый его не возьмёт,Только он – находка шакалам,Ну а ты, может быть и один,Но по силе равняешься стаям.Словно волк, одинокий, без стаи,Но сильный от лап до хвоста,Ты идёшь в эту новую схватку,Пугая опасность на свой лад.Боевая раскраска —Лишь дань природе,Ты в ночи хозяин,А во дне – гордый царь.Белый клык, но черные полосы,Солнца яркость на шкуру легла,Экзотично и непокорно.Ты сразишь, если надо, и льва.Когти острые не для объятий,Не для ласки детенышам рык,Чтобы рвать на куски добычу,Чтобы жить – чтобы утро постичь.Только есть совести угрызение.Слышится оно из глубин,Где костры разжигает селение,Где танцует её жених,Разукрашенный в черные полосы,С диким окриком и копьем.Выступает он на охоту,Но боится в ночи об одном,Что придет, среди тени другая,Силы полная и недобра.Эта тень до того большая,Что повалит его на раз – два.Когти острые вопьютсяВ гладкий бронзовый перекат.Зубы острые жизнь поглотят,Проколов горло у хребта.Но сегодня луна сияет,Ярче пламенного светила.Дикий зов лишь одно предвещает —Отголоски битвы у костра.
Рокот, словно бой,Это отголосок битв.Джунглей яростных брошен зовДиких законов призыв к действию.
Только слабый его не возьмёт,Только он – находка шакалам,Ну а ты, может быть и один,Но по силе равняешься стаям.
Словно волк, одинокий, без стаи,Но сильный от лап до хвоста,Ты идёшь в эту новую схватку,Пугая опасность на свой лад.
Боевая раскраска —Лишь дань природе,Ты в ночи хозяин,А во дне – гордый царь.
Белый клык, но черные полосы,Солнца яркость на шкуру легла,Экзотично и непокорно.Ты сразишь, если надо, и льва.
Когти острые не для объятий,Не для ласки детенышам рык,Чтобы рвать на куски добычу,Чтобы жить – чтобы утро постичь.
Только есть совести угрызение.Слышится оно из глубин,Где костры разжигает селение,Где танцует её жених,
Разукрашенный в черные полосы,С диким окриком и копьем.Выступает он на охоту,Но боится в ночи об одном,
Что придет, среди тени другая,Силы полная и недобра.Эта тень до того большая,Что повалит его на раз – два.
Когти острые вопьютсяВ гладкий бронзовый перекат.Зубы острые жизнь поглотят,Проколов горло у хребта.
Но сегодня луна сияет,Ярче пламенного светила.Дикий зов лишь одно предвещает —Отголоски битвы у костра.
Страницаиз14
СкороКнижный режим
