Пролог

Из затерянных пещер, пронизанных криками летучих мышей, из сумерек и тьмы неведомого прошлого, пришла в это мир опасная и непредсказуемая магия. Всемирные организации, ужаснувшись масштабами заражения признали свое бессилие и объявили магическую пандемию. Теперь любой человек мог нечаянно творить чудеса.

Чай в обнимку с небом

Она сидела на подоконнике наблюдая за снующими по улице шустрыми фигурками прохожих, серыми облаками, торопливо летящими, по своим весенним делам и грустила. Будущее казалось непонятным, безрадостным и унылым.

– Никто не знал, как жить в сошедшем с ума мире. Она еще раз вздохнула, подняла стеклянную чашку на уровень глаз и звякнула ей об оконное стекло. Зеленый чай равнодушно колыхнулся и защекотал в носу приятнейшим ароматом виноградного улуна.

– Саша, бросай хандрить. Сколько можно пить чай в обнимку с небом? Из комнаты вышла жизнерадостная и бодрая, как всегда, тетя Рая.

– Тебя, что опять на работу не взяли?

– Ага… – унылым голосом подтвердила Александра, все так же печально наблюдая за весенним дождем, мелким жемчугом стекающим по ту сторону стекла.

– Им нужны сотрудники с позитивно-полезной магией, а не нейтрально-безопасной.

– Что же мне с тобой делать, моя девочка.

– Рая подошла к подоконнику и нежно обняла Сашеньку.

– Что досталось, то досталось. Мало кому везет. Радуйся, что у тебя хотя бы не опасный статус. Не надо сидеть в самоизоляции и пухнуть с голоду.

– Видишь, я радуюсь. – уныло ответила Александра.

– Я вижу, как ты радуешься. Ну ка встала и бегом на кухню! Петенька придет вечером. Давай его порадуем шарлоткой? Я последние прошлогодние яблоки принесла с подвала. Александра сползла с подоконника и всем видом показывая несогласие с жестокостью этого мира поплелась на кухню. Мука опять насыпалась на футболку и домашние тайтсы.

– А ведь, говорила себе, что больше не буду лениться одевать фартук. В сторону раковины с посудой смотреть не хотелось. Магия! Что за неудачные магические способности достались: любая посуда, положенная в раковину, самостоятельно занимала такое положение, в котором, при включении воды струя дробилась, отражалась и орошала всю столешницу и прилегающий пол. Великолепно, живописно и каждый раз разнообразно. «Как раньше было хорошо. Закидывай в раковину, как придется. Мойка наполнилась и спокойно мой посуду. Теперь же нужно держать мойку исключительно пустой и когда моешь, тарелки держать крепко, чтобы не шалили и не пытались брызгаться. Вспомнилось, что китайцы мучаются с этой пандемией куда хуже! У них слишком часто возникала неконтролируемая магия дистанционного поджига фейерверков. Прогулялся такой «больной» мимо склада с хлопушками и весь квартал сгорел!»

В умелых руках споро возникала нежная домашняя шарлотка, уже готовая отправиться в духовку для окончательного рождения. Раиса сидела, откинувшись на низком кухонном стуле одним глазом посматривая на светящийся экранчик смартфона, а другим одобрительно наблюдая за длинной нескладной племянницей, старательно готовившей шарлотку. Девушка же занималась кулинарией и размышляла: «Разнообразные конторы, фирмы и фирмочки быстро успели перестроится после пандемии повального магического заражения. Вот раньше было проще – идешь устраиваться с резюме, где все написано, где родилась – где училась, где работала. И главное, можно ведь еще подучиться и где-то временно поработать, набраться опыта. Никто на тебя бирок не вешал и не подозревал особых способностей. А теперь? Все население загнали в очереди на пункты магической аттестации с выдачей QR кода. Магический статус предлагали обновлять раз год, хотя, как оказалось, однажды войдя в человека почти никогда не менялся. Были счастливчики, получившие от судьбы подарки в виде позитивно-полезной магии и соответственно позитивно-магический статус. Кто-то, вдруг начинал читать с листа все иностранные языки, или видел сквозь людей и стены, кто-то просто своим присутствием излечивал заболевание или целые группы болезней, кто-то вычислял ложь в показаниях, причем со стопроцентной гарантией. Но таких людей были единицы, и они оказались нарасхват. Часть населения получила негативную, опасную магию, их стали называть негативщики, но благо, что их оказалось почти также мало, как и позитивщиков. И тут уж не повезло, так не повезло. Кому-то теперь приходилось сидеть дома на самоизоляции, кого-то просто отправили в места не столь отдаленные, но уже приспособленные под людей с общественно-опасной магией. Ну, а большинство получило не Магию, а просто какие-то неуправляемые магические глупости. Ну вот у меня – непослушная посуда и… (Саша тяжело и грустно вздохнула) совершенно необыкновенное и совершенно бесполезное свойство, случайно обнаруженное в городской библиотеке – в моем присутствии бесследно разгибаются загнутые уголки страниц в бумажных книгах!» Саша аккуратно поставила шарлотку в духовку и достала свой старенький, видавший виды ноутбук, чтобы очередной раз прошерстить местные сайты по подбору персонала. Фирма, в которой она успешно трудилась секретаршей последние несколько лет не выдержала пандемийных ограничений и закрылась и вот теперь тощую, болезненную и нескладную секретаршу никто не хотел брать на работу.

– Саша, сколько тебе говорить. Перестань сутулиться. Ты своим носом уже до экрана достаешь. Саша фыркнула, поправила очки в тонкой синей оправе на длинном носу и пошла читать объявления в другую комнату.

Вечером с работы пришел Петенька, или Петр Яковлевич – бессменный и послушный муж Раисы Андреевны. Он радостно потер пухлые розовые ручки, сложил их на растущем пивном животике и радостно обратился к племяннице:

– Сашенька, душа моя. Как твои успехи в поиске работы?

– Петенька, не смущай девушку. Нам что жить не на что? Пусть ищет не торопясь. С ее слабым здоровьем, ни стрессов нельзя испытывать, ни тяжестей поднимать. Александра тяжело вздохнула и пошла мыть руки размышляя по пути, что хоть Рая и была в целом права, но зависимость напрягала и иметь хотя бы карманные деньги взрослой, почти 30-ти летней тетке необходимо. Вся маленькая семья сейчас жила в основном за счет Раисы Андреевны, которой «при раздаче слонов» в пандемию досталась простенькая, но совершенно необыкновенная и как оказалось, чрезвычайно востребованная магия. В ее присутствии любой самый простой чай приобретал цвет, вкус и аромат экзотических, а иногда и очень дорогих сортов, самой Раисой в жизни не пробованных. Кофейно-чайный салон, в котором теперь работала тетка надышаться на нее не мог и в страхе потерять ценную сотрудницу регулярно платил хорошие деньги и не скупился на премии.

– Сегодня в салоне Борис Иванович, наш приходящий дегустатор не хотел уходить. Я неожиданно сотворила белый чай – Дарджилинг «Белый совет». Так он как налил себе полную кружку, так и не мог оторваться, все нахваливал, аж ручки дрожали. Едва выгнали. – похвасталась Раиса. Вся семья уселась за стол. Александра не слушала разговоры родственников, прокручивая в голове прочитанные объявления. «Вот фармкомпания может быть интересна, они разжирели в пандемию. Зарплата небольшая, но и требования не завышенные. Надо завтра позвонить и, если вакансия еще не занята, пойду разговаривать».

Новая работа

Утром дождь не прекратился. И хотя в небе вспыхивали бирюзовые окошки чистой лазури, дождевая мелкая морось оседала на очках Александры и торчащие из-под вязаной шапки соломенные волосы и так, не отличающиеся густотой, намокали и превращались в украшение нечеловеческой красоты – серые мышиные хвостики. Добежав до офиса фармкомпании и показав на входе бумажку с распечатанным заранее QR кодом она оказалась в скромном фойе, покрашенном краской горчичного цвета и умирающей от тяжелой жизни и недополива колючей пальмой в углу. Пальма упорно боролась за жизнь, но все больше и больше принимала цвет фойе. Понять куда идти было сложно, а возвращаться ко входу и спрашивать у охранника дорогу не хотелось. В результате была выбрана самая большая и красивая дверь. За ней, прячась за обшарпанным столом, заваленным кипами каталогов и пластиковых папок восседал потный субъект предпенсионного возраста с формирующейся лысиной, заросшей неровным тонким волосом, пучками покидающем территорию головы и оставляющем за собой темные пигментные пятна похожие на цвет пальмы в фойе.

– Вы кто? – оторвавшись от бумаг мрачно воззрился на нее субьект?

– Я записывалась к вам на собеседование. На должность секретаря-референта.

– Ах. Да. Суета сует. Совсем забыл. – он выпростал пухлые телеса из под стола бесцеремонно прошел мимо Александры к двери и гаркнул в коридор:

– Света! Александра аж вздрогнула от такого неожиданного вопля и отошла от стола, присмотрев ближе к завешенному рекламными газетами окну, старый, утомленный тяжелой неволей, тонконогий стул. Она положила на него свою сумочку, но присесть не решилась. Буквально через минуту в кабинет ворвалась длинноногая девица с копной великолепных взъерошенных рыжих волос.

– Что Вадим Васильевич?

– Так, Светусик, принеси мне кофе, а вот девушке наши опросные листы для кандидатов. Она на должность секретарши будет устраиваться. Александра молча и слегка высокомерно смотрела на суету вокруг ее персоны. Первый неприятный звоночек уже прозвенел – кофе будет пить только начальник, а претендента на вакантную должность пока за человека тут никто не считает. Вадим Васильевич уже вновь утвердился на своем рабочем месте. Взял в руки несколько мелко разграфленных листов и пристально посмотрел на кандидатку.

– Ну-с. Как вас звать барышня?

– Александра Львовна Эос.

– Греческая богиня утренней зари? – недоверчиво протянул он.

– Паспорт пожалуйста. Надо же правда Эос. А родилась где? Ну-с. Посмотрим. А где этот милый уголок вселенной – поселок Малая Лая? Явно не в Греции? Александра грустно посмотрела в окно, где в щелочку между приклеенных рекламных листовок пробивался узкий луч солнца.

– Это в Свердловской области. Под Нижним Тагилом.

– Ла-Ла-Ла – Лая – фальшиво пропел Вадим Васильевич. – Что умеете, где работали? Саша достала из сумочки резюме и прочитала с листа несколько строчек.

– Не густо, не густо, и позитивного магического статуса я понимаю тоже нет?

– Нет. – как эхо откликнулась девушка. Очень хотелось скорчить рожу и глумливо протянуть «Ну-у-у возьмите меня!» – вспоминая выступление известной телевизионной пародистки, но Саша сдержалась и стала перечислять свои достоинства:

– Хорошо знаю делопроизводство, контроль оборота документов. У меня полный набор шаблонов договоров для организаций разного уровня и разной формы собственности. Акты-приемки работ. Вежливо и корректно умею говорить по телефону. Прекрасно варю кофе… И остановилась, обнаружив, что Вадим Васильевич смотрит не в ее глаза, а его взгляд уже соскользнул ниже, через вырез блузки к бедрам, обтянутым изящной серой узкой кашемировой юбкой.

– Вы меня слышите? – вывела его из разглядывания ее женских форм Александра. Начальник ничуть не смутился.

– Живете то в городе? Или далеко ездить?

– В городе, на Белинского.

– Ого, почти центр. Значит опаздывать не будете. Беру вас с испытательным сроком – месяц. Загляните в пятый кабинет. Света вам все объяснит. И в понедельник с паспортом и трудовой книжкой приходите к девяти.

Интуиция подсказывала Александре, что новое место работы вовсе не медом намазано. Для богатой фармкомпании – такой офис, это нонсенс. Света «из пятого кабинета» весьма сдержанно прокомментировала новые обязанности Александры. А из простого разговора удалось выяснить только то, что предыдущая секретарша ушла в декрет. Света явно осторожничала, уклончиво отвечая на скользкие вопросы. Поэтому стабильность зарплат и сексуальные предпочтения директора подробно обсудить не удалось. Это был шаг вперед, но шаг робкий. «Все пойму, когда первый раз нормальную зарплату выплатят» – сказала себе Саша.

Домой Александра пришла в приподнятом настроении. Все вопросы казались разрешимыми, а перспективы перспективными. Ее позитивный настрой тут же заметила тетка:

– Моя дорогая! Тебя на работу взяли?

– Ага.

– Что за компания?

– Посредники в фармацевтической отрасли. Возят все, что закажут аптеки и лаборатории. Вечером, на столе оказалась бутылка хорошего красного вина и Раиса погрозила пальцем племяннице:

– Отказ не приму. Даже с твоим сердцем можно чуток пригубить за этот маленький, но приятный успех. Петр Яковлевич присоединился к ним и с большим воодушевлением наливал сам себе армянского коньячку.

– Вот послушайте девочки. Ну не могу я понять, что это за магия такая. Ее же не видно. Вот, ты Раечка. Когда регистрировалась в пункте сертификации – ну откуда им знать, про твое чайное волшебство?

– Так я им сама сказала. Чего очередь задерживать.

– Ну а вот если бы не сказала? Что эти их приборы показывают? Толкают какие-то противные длинные электроды в нос! Ближе к мозгу что ли? Вот, Сашенька, ты же молодое поколение. Расскажи старому дураку как они статус узнают? Петр Яковлевич интересовался, т.к. у него самого умные приборы не нашли совсем никаких магических способностей. Гоняли его по кабинетам и учреждениям, потом на две недели закрыли на карантин. Все не верили, что бывает бессимптомная магия. Так, что наш Петенька – уникум. И видимо обладает какой-то секретной магией, которую и обнаружить нельзя и которая не проявляется никак. Скоро глазки у него уже осоловели от коньяка. Александра только тогда и собралась ответить:

– Петр Яковлевич, зачем вам знать это? Многие знания-многие печали. Но Петенька не сдавался: – Ну, а вот если у человека опасная магия? Ну поймут они по приборам – опасен. А в чем? Ну, например, он умеет плеваться ядом? А он не говорит?

– Вы горазды загадки загадывать. – возразила девушка. – Я вроде бы слышала, что есть редкие люди, которые могут сказать точнее приборов. А вообще не грузите меня, я сама не знаю. Вино делало вечер томным. Казалось, что мир становится меньше, проще и прекраснее.

Читать фрагменты других книг