Лицемир

© Денис Колосов, 2023

ISBN 978-5-0056-4473-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пережиток злобного и впоследствии выжатый концентрат мыслей в виде наставлений для родственных духом людей в форме стихов из независимых мнений обо всем.

Эта книга – школа лицемерия, цель которой вытащить на свет прячущееся от глаз человеческое ничтожество, чтобы освободить от оков мнительности заблудившегося, но стремящегося к познанию индивидуума.

Книга на один вечер.

Предисловие

Слог будет мрачным и простым,
Местами сложный, но понятный,
Так как словарный мой запас
Желает большего, но вряд ли.

Но все же постараюсь я
Сложить свой дух под эту песню.
Абстракциям своим придать
Ясный посыл под звук поэзии.

Искал я скрытое от глаз,
Копал на дне мутной пучины.
Тогда еще не понимал,
Какую выбрал я вакцину.

Не знаю, стоит ли вообще вещать
Или заткнуть все пробкой в ванне?
Ведь то, что знаю я сейчас,
Живое все преобразует в камни.

Явления как белые
На черной бархатной бумаге.
Когда все верят в гороскоп,
А ты в случайностей парады…

Восхождение

Великое начнется с пары слов,
Все постепенно возвышаясь,
Далекое с пары шагов
Дистанцией вдаль растворяясь.

Огромным стало, что взросло
С ростка тончайшего, как колос.
Что было тихо, то пришло,
Явив свой недовольный голос.

Нас обыграли, в мир призвав,
Всухую выстрелами холостыми.
Свободы до простора дав,
Запнув в зыбучие трясины.

Гуляя в бездне, как в раю,
Себя все чаще заблуждаем.
Чем глубже поглощает жизнь,
Тем дальше счастье отстраняем.

Давление от двух фронтов:
Любить нам или ненавидеть.
Простить или вытащить нож,
Завидовать или проще не видеть.

Не видеть мира, что так зол
И добр к нам одновременно.
Не слышать тех, кто вновь пришел
В футляре скрыться от Вселенной.

Отчуждение

Что до моих презренных чувств,
Стараюсь в них бывать умалишенно.
Хотя сегодня точно нет,
Сегодня сердце пораженно.

Я не могу свести в себе мосты,
Терзанья обжигают мощью.
Как бы хотелось, чтоб не я, а мы —
Так было б легче обходиться с этой болью.

Любая мелочь на ходу
При встрече душу разбирает.
Сказать: «Уйди!» я не могу,
Иначе не писал б стихами.

Грубые тени, что по ночам скулят,
Цепями заплетают местность.
Холодные, железные,
Из клеток собрана окрестность.

Повиснув на самом себе,
Раскачиваясь вдоль бетона,
Поникший на стальном хребте
С рукою втиснутой под голову.

Вся жизнь – как белый потолок,
И каждый день, в песках усопший.
Лежу себе, и все равно
Уснуть или сейчас прям сдохнуть.

Ни одного, чтоб остудить,
И ничего, чтоб раствориться.
Ничто не будет радостно,
Мне солнце никогда не снится.

Испив той горечи со дна,
Осадок отравляет слово.
Как хорошо б мог написать,
Если б хватил с конца другого.

Но удовольствие похуже дна,
В котором постигаешь небо.
В его размазанной красе
Многообразием Вселенной.

«Все ж лучше умереть сейчас,
Чем жить, почасно умирая».
Растратив жизнь на подлый кайф,
Свое в ней так и не поймая…

Личность

Нет в сущности других отрад,
Как потребление сил наличных.
Победою земных преград
Почувствовать, как станешь выше.

Как волку хорошо в лесу,
Так и верблюду по пустыне.
У аллигаторов клыки,
У птицы крылья холостые.

Так что же ты за существо?
Какую намечаешь область?
Кем можешь быть, чтоб жить в себе,
В чем твой характер и способность?

Познать это важно сейчас,
В другой раз может оказаться поздно.
Порой все пронимают жизнь тогда,
Когда их гроб уже сколочен.

Чернь

Тревогою и мукою
Им будет осознание.
Из тысячи возможностей
Себя ни в чем не оправдая.

Зато всесильны обсуждать,
Мир «псевдо» прислонять к науке.
Горит у них желание,
Чтоб ими восхищались люди.

История, политика,
Природа в них вложила знание.
Иммуно-этнология —
Присуще только им призвание.

Великие вершители они
Всех туалетных судеб.
Из пустоты пожеванной
Отрыжкой угощают в будни.

А я думал, из ничего
Создать что-либо невозможно.
А оказалось-то, что ноль
Можно на миллион помножить.

Ну, в общем, ты определи:
Искусство, спорт или наука.
Иначе обольститель мир
Своею сделает прислугой.

Ты чаще слушай тех людей,
Кто жизнью что-то представляет.
И если нет таких в живых,
То среди мертвых много знали…

Ввод

Глаза мои открылись в шесть,
Когда в окно стучалась птица.
Я повернулся на нее,
Узнав потребность подкрепиться.

Ей медленно я протянул ладонь,
Насыпав туда прежде корма.
– Ты кушай, я найду еще,
Не бойся, я тебя не трону.

Синица, спешно все склевав,
Махнув крылом, взлетела в небо.
Порхая, словно в унисон
Моим вдруг застучавшим звукам сердца.

Тепло так стало на душе,
Как будто в лотерею выиграл.
И все бы было хорошо,
Как если б мне не стало стыдно.

Понятия

Мне стало грустно за людей,
За их намеки и желания.
Там, где из тысячи идей
И горсти нет к образованью.

Мы каждый день берем у смерти в долг,
Значенья этому не придавая.
А как в вопросах слышим толк,
То отстраняемся, зевая.

Я поспешу тебе сказать,
Чтобы потом не было поздно.
То, что сегодня называемо судьбой, по сути,
Лишь совокупность из ошибок совершенных.

О неудачах я прошу меня понять,
Что лучше их уроков нету.
И чем те раньше посетят,
Тем больше шансов на победу.

Несчастья… проживай от них вдали,
Чтоб не касаться их чувствительностью бреда.
Они – как демон во плоти:
Невидимы, но для здоровья вредны.

Ведь все, что вдруг произошло,
Увы, не изменить и с силой.
Поэтому не стоит слезы долго лить,
Да поскорее отпустить, да и забыть все.

Познай, что мы здесь ни при чем,
Порой миром повелевает вьюга.
И имя у нее одно:
Случайностью зовется та паскуда.

Не научили в школе нас,
Все потеряв, остаться человеком.
Таким, чтоб был веселый нрав,
Даже когда беда придет с разбега.

Ну что ж, тогда придется нам самим учить
Все правила да и законы афоризмов.
В минуту ясную читать
И не курить под алкоголь излишний.

А если скука в двери постучит,
Мы отпугнем ее, занявшись делом.
Физически себя мы напряжем,
Чтобы продлилось детство тела.

Благоразумие

Любой мы рок на пользу обратим,
Смотря на беды с оптимизмом.
Но прежде чем нам в бой вступить,
Совета спросим с пессимизма.

Ведь он наш верный друг в пути,
Он сохранит нам жизнь и силы.
И вижу, чтоб на высоту взойти,
Всю низость нужно обезжирить.

А там, на этих высотах,
Наверняка должно быть одиноко.
В молчании отцы стоят,
Избавившись от толщины пороков.

Таким, как мы, там места нет,
Уж нам до них еще учиться и учиться.
Но я молю людей в ответ:
Вы постарайтесь хоть наверх стремиться.

Парадоксы

С чего начать, сказать легко,
Но, как начать, – раз в пять сложнее.
Попробую сложить в одно,
Что как добро имеет мнимое значение.

Кого хвалили чаще всех
Тщеславием, тот день за днем взорится.
Кому довольствием набитых сто карет,
В другом он радости найти не устремится.

Кому на небо наложить запрет,
Тот летчиком станет отныне.
Заметь, нам стоит только что-то тайною покрыть,
Как устремятся все туда, там словно сказочные были.

А если дураку свободу дать,
Все чаще он окажется в темнице.
И если даже не в тюрьме,
То сам собою может утопиться.

Комфорта точно не найдет
Искавший света на пожаре,
Ведь, когда старость в дом придет,
Кредит из юности себя проявит.
Ты только глянь на стариков:
Гниют, кто в молодость любил резвиться.
Башкой шагая заместо сапогов,
Но по прямой ходить так и не научиться.

Поэтому держи себя в руках,
К зиме холодной приготовь все летом.
Бараны когда в панике начнут искать,
Ты в теплом кресле будешь наслаждаться светом.

Слог выражает объективный взгляд
На вещи, что для недотеп незримы.
Те только думают, что знают все,
Но разузнать правдивое забыли.

Сокровище

Первое правило гласит:
Мы власть приобретем образованьем.
Пойми только, я не о школьности сужу
И не об институтском штамме.

Забота лишь о разуме важна,
Не заболеть чтоб гадостью влияния.
Там, в царстве разума, у нас
Страданья нет, там есть познание.

Познания для нас – любовь,
В другой любви паршивый смысл.
Наверняка все спросят: «Почему?» —
«Наш мир – это притон мошенников и крыс там».

В интеллектуальном он похож
На сумасшедший дом артистов.
Где каждый, пьесу как сыграть,
Не «лучше» выберет, а «длиньше».

А воля в нас – как пластилин,
И лепят с нее те, кто могут.
Мы, ошибаясь, думаем, что мы.
Ха-ха, мы так убоги…

Правда?

Ну как поверить тем словам,
Что я как правду излагаю?
Вы поглядите внутрь себя
Тогда, когда вы в мраке пребываете.

И вот еще что попрошу:
Себе не лгите, братья и сестрицы.
Сказав, что даже самый милый лик
Кроет в себе злосчастную острицу.

Ты если думаешь, что враг
По миру в танке разъезжает.
Окстись, это совсем не так,
Тот зло в окопах замышляет.

Ребячливый опасней всех,
А слишком добрый всю жизнь слабый.
Кто не перечит никогда,
Тот в сердце замышляет ранить.

Если услышать, кто кричит
О том, что он тут самый умный,
Тот тем себя лишь обличит,
Что вместо мозгов одни угли.

Бездушным легче всех назвать
Того, у кого много денег.
Ты забери у него все,
И он расплачется в моленьях.

Если большой угрюмый хмырь,
То вряд ли он храбрец по сути.
А мужественным будет тот,
Кто нам об этом не воркует.

В глазах его искрит душа,
Слова его сильны, как воля.
А чтобы легче опознать,
Познай войну и смерть на поле.

Но нам такого не понять,
А значит, ошибаться будем,
Ведь верят больше тем словам,
Что прокричать способны люди.

Кто толстый, тот всегда больной,
Кто глух, тот слышит вдвое больше.
Благоухает счастьем тот,
Кто в этом ничего не может.

Кто о себе всегда трындит,
В корысти тот купаться любит.
Об этом тебе подтвердят
Не раз твои друзья-подруги.

Кто много любит говорить,
Хорошему тот не научит.
А тот, кто чаще всех молчит,
Возможно, пребывает лучшим.

Таких мимо не пропускай,
Задай вопрос и жди ответа.
Прислушайся к его словам,
Вдруг запоет душа поэта.

Психоформулы

Молчание раскалит дух,
Техничное откроет тайну.
Молчание – по чувствам смерть,
А смерть для многих – страх страдания.

Молчание может о большем рассказать,
Чем если бы словами попыталась.
Добавив морду мудрую туда,
Вообще предстанешь королевой бала.

Для девушки молчанье – свет,
Божественной ее покроет тайной.
Ты вспомни, ранее я говорил,
Что к тайне тянутся, желая.

Не забывай и изредка сыграть
Улыбочкой своею долгожданной.
Запомни, то, что часто нам видно,
Перестает нам быть-таки желанно.

Исчезнуть иногда сумей,
Чтоб появиться потом бурно.
Оценку то помножит в два,
Скажи: но разве ли не чудо?

Также советую серьезней быть
И размышлять о каждом деле.
Там, где успех, иди одна,
А где сомненья, иди с кем-то.

Друзей ты иногда сумей
В неловкую поставить позу.
Кнутом, а после пряником корми,
Обосновав собой серьезность.

Намеренья от всех скрывай,
Слова твои, метанья бумеранга.
Придав значение одно,
Он в лоб тебе воротится обратно.

Не выгадать о всем за раз,
Придавшись мутным размышлениям.
Язык ты свой держи в зубах,
Полезней нету предложения.

Не только в речи будь смирней,
Но и в других ты проявлениях.
Не обещай, лишь только чувствами твердя,
Но, что пообещала, делай без сомнения.

В конфликтах ты договорись,
Если противник будет умный.
А дурака ты обмани,
Ведь если он такой, то подлый и бездумный.

У подлого людских понятий нет,
Он пользуется чем попало.
Ты будь тогда с ним наравне,
Стань хитрой, обыграй вандала.
А лучше в бой и не вступать,
Кивая всем тупым согласием.
Пусть думают, что гнев сильней,
Пока ты отстраняешься молчанием.

Учитывай ты их пургу,
Не стоит плотно закрываться.
Враги одни лишь пользу принесут
Тогда, когда друзья нас вежливо обманут.

Что в сердце болью прилетит,
То лучший нам подарок в жизни.
Когда его мы развернем,
Мы станем лучше, чем мы были.

Используй дружбы результат,
По ходу обрастай плодами.
Задобри каждого, чтоб знал,
Кому обязан он долгами.

Кого конфеткой угостишь,
Кому и что-то подороже.
Такие принципы всех нас
Заводят в плен, что в нас заложен.

Корысть пусть будет из благих,
Не меркантильно низких целей.
Наш долг – помощь живым,
Среди Чернь Нищих неврастеников.

Не бойся щедрости своей,
Отдав одно, получишь вдвое.
Необязательно в деньгах,
Слова мутируют в здоровье.