Скоро апрель

Фотограф Виктория Жомова

© Жень, 2022

© Виктория Жомова, фотографии, 2022

ISBN 978-5-0056-3329-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вот я, здесь

Царство Небесное, которое начинается здесь
Оно начинается с принятием святых Тайн
Он вошёл в меня, и Он однозначно есть
Как солнце есть и клины серебристые стай

Он понимает быстрее любых скоростей
Ему можно поверить и с Ним дальше идти
А всё тебя тянет во тьму дымящих страстей
В мечты, только ломающие рельсы на узком пути

А просто сядь и скажи: «Господи, вот я, здесь
Вот то-то и то-то со мною произошло
И с кем-то делиться потребность такая есть
Но в данный момент что-то с трудом это дело пошло»

И радостный отклик стрелою в тебя попадёт
Если ты, конечно, на верной звучишь частоте
А если нет, долби – и рассыплется лёд
Господи, слава Тебе, слава Тебе, слава Тебе

Все мы уходим понемногу

Все мы уходим понемногу
И понемногу на тот свет
Но встретимся друг с другом оба
Пройдёт каких-то пять-шесть лет
Мы сможем встретиться на небе
Родные увидать глаза
Ведь смерти нет. А есть дорога
Одна дорога без конца

Всё будет хорошо

Чем-то запахло. Кажется, это весна
Дворник лопатой сугробы метёт со двора
Враг не проедет по нашим дорогам глухим
Кажется, это весна и отступают грехи

Кажется, здесь кислород и надо дышать
Кажется, надо себя в руки тёплые брать
Выкупить все лекарства и тихо пойти
Бесшумными снежными тропками по беспроводному пути

Кажется, это про жизнь. Кажется, надо жить
Надо вставать с утра и себя ворошить
Новой весною выпадет новый квест
И душу наполнит покоем Господний крест

Кажется, бред отступил и болезнь позади
Вблизи не маячит смерть, и лапы её далеки
Кажется, надо пытаться брать себя за гребешок
Кажется, надо справляться, и будет всё хорошо

Как ходил перед Богом Енох

Надо жить и ходить пред Богом
Как пред Богом ходил Енох
Но ты спрятался в сети немного
От «тик-токов» как будто оглох

Надо встать. Надо постараться
Открыть Библию и прочитать
И тогда, и тогда, может статься
Станет легче по жизни страдать

Опора

Искать как можно больше опор
Искать и якорить свою жизнь
И хотя сейчас тяжело
Ты за Иисусову молитву держись

Искать как можно больше Христа
И с Ним всегда легко по пути

А с Ним любая тяжесть легка
А с Ним не страшно дальше идти

Помяни

Помяни меня, помяни
Мне не так, как казалось бы, просто
Святой крестик нательный носи
И вокруг себя выстрои остров
Где тепло и маслины цветут
И Господь каждый листик жалеет

Помяну тебя, помяну
Моё сердце твоё вечно греет

Аминазин

Может быть, те, кому колют аминазин
И те, кто за решёткой железной сидит
Правее тех, кто сам себе господин
И не слушает слов, что совесть ему велит

Может, те, у кого от таблеток течёт слюна
И кто от побочек крутится как волчок
Правее тех, у которых самость – царица одна
И тех, кто с твёрдым разумом мимо идёт

Может быть, те, у кого живут в голове голоса
И те, кто не может слов двух нормально связать
Будут потом стыдить нас прямо в глаза
Когда на Суде мы рядом будем стоять

Вытесняют

Вытесняют Христа из жизни
Вытесняют Христа живого
Хотят жить без Христа в Отчизне
Без Христа жить снова и снова
Как живётся? Суета поглотила
Негде Богу проникнуть в душу
Им без Бога живётся мило…
Им без Бога живётся лучше…
И соваться туда бесполезно
Это всё, мол, твои тараканы
Лишь бы к ним со Христом не лезли
А я с Богом стою. Одна я

Не тревожь

Не тревожь воробьиную стаю
И орла на войне не тревожь
Нынче все как-то разом попали
Нынче всё, что ни сказано, дрожь
Неприятные ветры подули
Гололёд под ногами скользит
Не тревожь, кто вещает в «Ютубе»
Он о жизни своей говорит
Отбомбит. Отболит и устанет
Снова мир возвратится в дома

Не тревожь, кто уснул на диване
Видно, жизнь у него тяжела

Запоздалое предисловие

Папа мне тут написал, что я навожу позор своими книгами на бабушку Т. и на него. Но та книга, которую он имел в виду, снята, кстати, с продажи, я её снимала. Но он имел в виду именно «чудовищные грамматические ошибки», а не смысл. Для меня это не столь важно, если честно. Но от папы можно и выслушать. Кстати, Анне Ахматовой отец тоже говорил про позор, и она взяла псевдоним. Но я по такому случаю позвонила папиному папе, и он мне сказал, что никого я не позорю. Да и что теперь поделать. Позорю не позорю…

Эх.

Ночью

Качается реальность, шевелится свет
Сверху и всюду какой-то стук
Надо заканчивать этот куплет
Рвутся в ночи пододеяльники вдруг
Страх как охватит единой волной!
Имя Иисуса я только шепчу
Господи Боже, дай дому покой
В этих стенах я с родными живу
Их не донимает мистичность жилья
Тогда как я вижу лишь замкнутый круг
И мыслится им, что схожу я с ума
Но Бог – мой союзник, когда тьма вокруг

Письма

Когда жду, что прочтёшь мои письма
Я над пропастью, веришь мне, висну
Ты часами меня не читаешь
Месяцами меня забываешь
Я не плачу, не рву, не жалею
И проверить личку не смею
Там ещё до сих пор не раскрыто
Рыбка ты. Я бабье корыто
Разломилось оно, и не склеить
Только Бог меня пожалеет

Под воскресенье

Вечный огонь существует
И геенна огненная есть
Лучше без руки остаться с Богом
Чем с рукою в вечности гореть
Кажется порой, да это шутки
Просто Бог хотел нас запугать

Бесы существуют /на минутку/
Они будут вечно погибать

С остальным я не пророк, не вещий
Даже не Евангелья знаток
Сказано же там, что будут печи
Где прохладного захочется глоток
Это всё настолько страшно, люди
И не хочется мне это повторять

Будем с Богом мы или не будем
После смерти будет Суд решать

А пока душа стремится к счастью
Нужно ей напиться Божеством
Из Христовой золотистой Чаши
Тогда ад отступит на потом
И душа от счастья возликует
И не страшно смерти для меня

Нас Господь напрасно не осудит
Он спасти желает, нас любя

Просто если некомфортно с Богом
Как в раю такому усидеть
Потому и две идут дороги
Надо нам покаяться успеть
Чтобы к Пасхе духом возродиться
И Христовою идти стезёй

В воскресенье надо причаститься
Воскресенье, к счастью, выходной

27.03/2.25

Заземляться

Важно заземляться. Вот есть какой-то абстрактный С. Не надо ему писать. Напиши лучше Николаю Чудотворцу или Матроне Московской, Божией Матери и Иисусу Христу. Это лучше будет. Напиши и прочитай перед их иконою. Нельзя нигде публиковать, плохо, больно, лично, неприлично, а ты не вписывай в свой круг абстрактных людей и не пиши им. Напиши Николаю Чудотворцу. Помолись ему. Он реальнее. Вот его икона. Вот пол подо мной. Вот мои руки, вот мой смартфон. Я слышу своё дыхание и свой звенящий голос. Вот свет из окна. Вот кровать. Вот икона Николая Чудотворца. Прочти ему. Помолись ему. Поплачься ему. Поговори. Поделись с ним. Он услышит, он близок. Так лучше будет. А когда ты пишешь что-то глубоко личное малознакомому человеку и думаешь о нём, ты соединяешься невидимо с ним, или даже не с ним, а вообще с бесом в его образе. Не надо. Оставь необъяснимых людей. Живи с объяснимым. Заземляйся чаще.

Без нейролептика в кровь

А из хороших новостей: валит снег
Он падает так просто, легко
К земле поближе замедляет свой бег
А я жива без клопиксола депо
А я жива без нейролептика в кровь
Без этого прожить можно жизнь
И я встаю с утра вновь и вновь
Хотя мне кто-то шепчет: «Уймись»
Встаю и семеню в Божий храм
Там учат без наркотиков жить
И двигаться по Божьим следам
Иисусову молитву творить

Когда потемнеет

Я люблю, когда потемнеет
Когда ночь укутает город
Лишь на западе точка алеет
И на ужин салат с помидором

Я люблю, когда уже тихо
И соседи не ходят сверху
И водой святою прогнано лихо
И покрыты изоляцией нервы

Я люблю, когда солнце село
И глядят фонари глазами
И гуляет народ по аллеям
И присутствуют ангелы с нами

Дух вечерних служб кутает город
Где-то звёзды с луною мерцают

Нынче мучеников Севастийских сорок
Святость их нам да помогает!

Мирное

Пока у тебя миномёты не летают над головой
Ты можешь думать, двигаться и дышать
То новостями напрасно губить свой покой
Паникой глупой напрасно людей заражать

Пока не введён с шести вечера комендантский час
И мирно идут гражданские долгие дни
Быть может, лучше молчать про испуганных нас
Быть может, лучше повестку дня обойти

Пока храмы открыты и воздух чист
И можно ночами крепко-прекрепко спать
Зачем рисовать в уме пуль опрометчивый свист
Безумно будет себя на поле битвы бросать

Ты не военный если, зачем тебе воевать
Нужно стараться мир вокруг людям нести
Тем людям, которые начали уставать
Тем людям, с которыми нужно дальше идти

Беженцу или бомжу

Часть Его слов проскальзывает мимо ушей
Мы так почернели, что перестали Его понимать
И стоим тут между обоюдоострых ножей
И слабость эту враги наши нам не простят
Мы так почернели, что не видим бомжей и бродяг
И люди без ног стали фоном церковных дверей
А тогда как жалеем порой мимимишных котят
И Пасха скоро. Ведь на повестке апрель
Хотя бы по сотне. Беженцу или бомжу
И даже если бродяга сотню эту пропьёт
Будет сигналом того, что и я Пасху жду
Будет процессом в душе под названием «переворот»

21 марта 2022 г.

Акатизию долой

Почему же так плохо
Понять я никак не могу
Надо в уборную
Каждые двадцать минут
Ноет всё тело
Взрывы внутри, в голове
Бродишь как пьяный
Бредишь как будто во сне
Ни сидя, ни лёжа
Ничто не приносит покой
Кто мне прогнал бы
Акатизию долой

20.03.2022

Агрессию унять

Они ведут свою нескончаемую борьбу
Добро и зло на ложах полярных идей
С сиренами едет колонна, я, пожалуй, пройду
Мне кажется, нужно сматываться как можно скорей
Меня обломала агрессия русских мужчин
Они научились дам о колено ломать
Нам всем очень нужен в мозге серотонин
А иногда нужно просто крепко-крепко поспать
Чтобы проснуться утром под русский гимн
И флаги российские вьются у тебя за спиной

А агрессивное мы, конечно, простим
Скоро тебе, и мне, и всем нам Домой

Мартовское

И тихий фонарь растворяется в мартовском небе

Конец ознакомительного фрагмента

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.